Книга Мажор для заучки, страница 87 – Ника Черри

Устало пробиваю одну покупку за другой. Батон хлеба, десяток яиц, овсяное молоко, бутылка дорогущего рома и крепкий кофе. Странный набор продуктов, но не настолько, чтобы взглянуть на мужчину передо мной.

— Цветочек? — если бы не приевшаяся кличка, я бы всё равно узнала его голос: глубокий тембр, манящая вибрация, сводящие с ума женщин властные нотки.

Сердце заметалось в груди, как сумасшедшее, ускоряя ритм биения. Вдруг стало как-то невыносимо душно и трудно дышать. Вдох-выдох, я пытаюсь сохранить хотя бы внешнее спокойствие.

— Так пакет нужен или нет? — держи себя в руках, он просто обычный покупатель, не более того.

Ну и что, что он был первым, единственным и самым лучшим в моей жизни мужчиной? Дарил наслаждение, прикасался, вызывая дрожь. Его хотелось целовать, любить. Сейчас мы никто друг другу.

— А я стою в очереди и думаю, ты ли это, или мне померещилось. — вид у него осунувшийся, под глазами залегли глубокие тени, не брит, рубашка не глажена, но в целом всё так же привлекателен. — Не ожидал тебя здесь встретить. Как ты?

— Молодой человек, не отвлекайте кассира, за вами вообще-то длинная очередь. — ворчит на него бабка с пакетом кефира в руках, стоящая прямо за ним. — Я, между прочим, очень спешу.

Даже интересно стало, куда это она так торопится. К своим сорока кошкам?

— Всё хорошо. Наличные или карта? — нарочито вежливо уточняю.

— А ты изменилась. — выдаёт он колкую фразу. — Стала жёстче.

— Учителя были хорошие. Бонусная карта есть? — иду по накатанному сценарию.

— Да погоди ты со своими картами! — не выдержал он и схватил меня за руку.

Его неожиданное прикосновение пробудило во мне давно забытые чувства. Это трепет, радость, волнение и желание. Его ладонь такая тёплая и уютная, я хочу ещё. Чтобы он обнял меня, пробежался губами от мочки уха до ключицы вниз. Но нельзя.

— Что за задержка? Девушка, позовите начальство, я буду жаловаться! — вопит из конца очереди женщина с ребёнком в коляске и целой тележкой продуктов.

Малыш, кстати, тихонечко спал, пока она не начала истошно орать и возмущаться.

— У меня из-за тебя будут проблемы. — с ненавистью шепчу на Максима.

Я хочу, чтобы он поскорее ушёл, и на то есть несколько причин. Во-первых, он уже однажды испортил мне жизнь и карьеру, я не могу себе позволить лишиться и этой работы. Во-вторых, чем дольше он здесь находится, тем больше приятных воспоминаний о нас во мне просыпается, и тем сильнее я хочу вернуться к нему, несмотря ни на что. А третью причину я сейчас пытаюсь прикрыть руками, разглаживая складки на униформе в области натягивающего ткань беременного живота. Нам обоим будет проще, если он ничего не узнает о нашем малыше.

Но разве Максима кто-то сможет остановить, если уж он чего-то решил?! Ловко одним махом он перепрыгивает через ленту и оказывается прямо рядом со мной.

— Тебе сюда нельзя! — машу на него руками.

— Ты беременна? — замечает он мой живот.

— Нет, тебе показалось, просто униформа на мне по-дурацки сидит. — жалкая нелепая отмазка, конечно же она не срабатывает.

— Какой у тебя срок? Это мой ребёнок?

А он быстро соображает, этого не отнять. Кладёт ладонь мне на живот, и малыш, проснувшийся от маминых переживаний, тут же откликается, сильно пиная меня в то место, где лежит рука его отца.