Книга Невеста НЕ девственица, страница 75 – Мила Реброва

— Ты смеёшься? — он скрестил руки на груди. — Я полчаса мучился с этими орехами, ты не можешь просто дать мне кусочек?

Я вздохнула, взяла маленький нож и отрезала самый краешек.

— Вот, пробуй.

Он мгновенно схватил кусочек и закинул в рот, жмурясь от удовольствия.

— Вот это вещь, — пробормотал он с набитым ртом.

— Ну и что, мы будем тут стоять и смотреть, как ты один уплетаешь? — раздался голос Алима из гостиной.

— Да-да, мы уже идём, — отозвалась я, нарезая пирог на аккуратные квадраты.

Я поставила тарелку на поднос, добавила чашки с чаем и понесла в гостиную, где все уже расположились вокруг низкого стола.

— О, вот это другое дело, — Джалил потянулся за кусочком, но Бека отодвинул тарелку.

— Подожди, сначала скажи, кто в этом доме гений?

Джалил, не меняя выражения лица, без лишних слов взял его за запястье, с силой сжал и потянул пирог обратно.

— Я не скажу, но зато останусь с едой.

— Ладно-ладно, беру слова обратно, ешьте уже, — пробормотал Бека, отступая.

Я улыбнулась, садясь рядом и наливая себе чай.

— А ты, Зумрат, молодец, — сказал Алим, с удовольствием откусывая кусочек. — Это просто потрясающе.

Я почувствовала, как по телу разливается тёплое, приятное чувство.

Раньше я не сидела вот так — за одним столом с мужчинами, не слышала этих беззаботных разговоров, не чувствовала себя частью чего-то большего.

А теперь…

Теперь я знала, что я дома.

— Завтра тоже что-нибудь приготовишь? — спросил Бека, обводя меня хитрым взглядом.

— Посмотрим, как себя поведёшь, — хмыкнула я.

Он картинно приложил руку к груди.

— Ты разбиваешь мне сердце, сестрёнка.

Я рассмеялась.

Только вот в этот момент что-то кольнуло меня изнутри.

Я вспомнила о Рашиде.

Где он сейчас? Всё ли с ним в порядке?

Но я не хотела портить этот момент.

Просто хотела ещё немного побыть здесь, среди родных людей, с этим тёплым ароматом пирога, с их голосами, с их смехом.

Завтра всё вернётся к реальности.

А пока пусть будет этот вечер.

Рашид

Я въехал во двор глубокой ночью, когда весь дом уже спал. Фары выхватили из темноты крыльцо, на котором никого не было. Я заглушил двигатель, но не торопился выходить. Дорога вымотала меня, но куда больше меня вымотала злость.

Чем больше я узнал, тем сильнее кипела во мне ярость.

Касим был изгнан. Его родители отвернулись от него, выгнали его, как пса. Но он не исчез. Кто-то ему помогал. Кто-то прятал его, давал ему еду, крышу, защищал. Я чувствовал это. Он не один.

Я выдохнул, пытаясь взять себя в руки, но внутри всё ещё клокотало.

Когда я всё же вышел из машины, я услышал, как в доме зашуршало что-то. Свет на веранде загорелся, дверь чуть приоткрылась. Я замер, узнав её силуэт.

Зумрат.

Она стояла босиком, в длинной рубашке, не успев даже накинуть платок. Наверное, услышала машину и тут же выбежала.

— Рашид? — её голос был тихим, сонным, но я чувствовал в нём тревогу.

Я шагнул к ней, и в этот момент она сорвалась с места, бросилась ко мне. Она прижалась, обхватив меня руками, как будто боялась, что я снова исчезну.

И я тоже обнял её, крепко, так, что её дыхание сбилось.

— Ты вернулся, — выдохнула она в мою шею.

— Конечно, вернулся. — Мой голос был грубее, чем я хотел, но я не мог пока отпустить то напряжение, что накопилось в дороге.

Я провёл рукой по её волосам, вдохнул запах, тёплый, родной. Чувствовал, как постепенно сбрасываю с себя злость. Всё это время я был на взводе, но только сейчас понял, насколько мне было тяжело без неё.