Книга Старший брат моего парня. Соблазню и уведу, страница 1 – Ана Эспехо

— Почему ты до сих пор не в университете? — появляюсь в кухне гостиной, где Вольтов вальяжно развалился на диване и рубится в приставку.

Черт!

С кухонного островка открывается прекрасный вид на старшего брата моего парня.

Вечно разгуливает по квартире в одних штанах. Сверкает своим шикарным татуированным телом.

— У меня пары ближе к вечеру, — отвечает Ад а м и рыкает, когда в игре творится запара.

— Твоя первая пара в одно время с моей, — прикусываю язык слишком поздно.

Вольтов переводит на меня свои карие омуты и дьявольски прищуривается.

— Следишь за мной, сталкерша? — вырубает игру и поднимается с дивана.

У меня начинает бешено колотиться сердце с запредельной частотой.

Чем ближе Адам приближается, тем тяжелее мне дышать.

— Я просто все запоминаю. Помню, когда и во сколько у каждого из нас занятия, — пищу свой ответ и чувствую, как взглядом Вольтов гладит обнаженные участки моего тела.

Идиотка! Появилась на кухне в шелковой пижамке перед этим альфа-самцом.

— Я предпочитаю не засирать себе мозги ненужной информации, а делать бабки. Пока вы, ботаны, прозябаете в универе, — Адам забрасывает в рот орешек и тщательно прожевывает. Специально. Чтобы я залипла на движения его точеной челюсти. Мощной и такой изящно красивой. С волевым подбородком.

— Классная, кстати, пижамка, Ева, — распутно мне подмигивает и подходит к холодильнику.

Невольно шарахаюсь от парня. Соблюдать дистанцию рядом с Адамом — самое верное решение.

Вольтов стоит ко мне спиной, и его мышцы играют под кожей. Смешно дергаются под лопатками, вызывая у меня улыбку.

Черт! Прекрати пялиться!

— А Паша ещё в душе? — хриплю, не узнавая свой голос. Вольтов оборачивается и удивленно изгибает брови, сдерживая улыбочку.

— Братан уже давно свалил!

— Что? Как это? — все наваждение и очарование Адама мгновенно спадает, и я впадаю в гнев и лютую злость. — А как же я? — не знаю, за что взглядом зацепиться, поэтому смотрю на Адама, словно он моя последняя надежда. Или оплот стойкости, на который я могу положиться.

— Просто мы всегда вместе едем в университет, — смущенно отвожу взгляд, объясняя причину вспышки своей злости.

— Без понятия, — Вольтов делает несколько жадных глотков воды, и капельки сексуально скатываются по кубикам пресса. Его грудь и торс расписные.

В области яремной ямки набито сердце с рожками и милыми глазками. Обаятельно дерзко. И только Адам мог додуматься до такого.

На левой груди рисунок змеи, как напоминание, что его имя связано с садом Эдемом. И он заклеймил свое тело не только символом искусителя, но и носит имя преданного мужчины.

На правой груди выбито одно слово: Love.

Этот парень — абсолютное противоречие.

На левом боку неизвестный мне иероглиф, а под ним вдоль паховой линии — острый кинжал с тонким лезвием.

Божечки!

Настолько красиво, что дух захватывает.

Нательную живопись Адама завершает образ девушку на кубиках пресса. Она стоит на одной ноге, а в руках у меня словно какой-то инструмент: танцовщица или певица.

— На все мои татуировки облизалась, Ева? — огненное дыхание Адама опаляет губы, и я прихожу в себя.

Господи! Когда он успел так близко подойти?

— Нет! То есть... — вся съеживаюсь под тёмным взглядом парня. — Я просто взглянула мельком на твои татуировки, — дрожу, словно меня выставили на мороз. И медленно отступаю.