Книга Клеймо бандита, страница 91 – Любовь Попова

Внутри полно барахла.

Документы на землю, от которой моя свобода зависит, подделанные, оружие, наличка на крайняк, даже паспорта новые. Всегда нужно быть готовым, что придется сбежать. Раньше я готовился один, а теперь у меня есть Соня.

Достаю коробку, что давно там лежала. Поворачиваюсь к Соне. Она щурит глазки, но продолжат лежать на спине и ждать.

— Что это? Пробка с лисьим хвостиком?

— Хех, — интересная идея. Подсмотрела мой браузер?

— Ты против?

— Я? Мне от тебя нечего скрывать. А это еще один подарок, — открываю крышку, предвкушая радость и счастье, но в глазах только страх.

— Захар, это что? Бриллианты? С ума сошел?

— Они самые, — подношу ближе и она раскрывает глаза, аккуратно трогая пальчиками камушки. Розовые капельки, под цвет ее сосков. — Хочу видеть тебя в них. Обнаженной.

— Какие интересные у тебя фантазии, — смеется она, но с натяжкой. Поднимает испуганный взгляд. — Ты украл их? Кого — то убил?

— Обижаешь. Для своей жены бриллианты я буду только покупать. Хочешь чек покажу?

— Нет, я верю, — облизывает она губы, потом аккуратно убирает взлохмаченные волосы и спиной поворачивается. Надеваю на тонкую шею колье, надеясь, не заметит, как дрожат пальцы. Поднимаю взгляд и вижу отражение. В зеркале над кроватью.

Она, с часто вздымающейся грудью, торчащими сосками и розовым колье на шее. А я сзади, как ее личный дьявол, готовый вот— вот спустить ее в котел, в котором варюсь сам.

Я осознаю, что не смогу без нее жить, но не вижу этого в ее взгляде. Только страх. Только постоянный страх. От своих желаний. От того, чем я занимаюсь.

Несмотря на ее жесткую судьбу, насилие ей претит, и прибегать она к нему готова только в крайних случаях. Я рассказываю ей о махинациях и вижу в глазах недовольство. Иногда мне кажется, она реально меня сдаст, поэтому пихаю в нее все больше информации.

Матвей ей не доверяет, и я его понимаю. Она не похожа на других девок, которые спокойно сносят криминал в своей жизни. Она лишь мириться с ним из-за любви ко мне.

Надеваю на руку браслет. На палец кольцо.

Наклоняю ее голову, пальцами поглаживая кожу возле колье. Нежная. Мягкая.

Иногда хочется убить ее. За собственную слабость. За принципы, которых она меня лишила.

Всегда ведь думал и думаю.

Баба — это всегда к не добру. А баба, по которой с ума сходишь — особенно.

Берусь за колье, чуть придушивая ее, задираю голову и смотрю в глаза через зеркало.

— Интересно, Сонь, ты хоть понимаешь в какой мы с тобой заднице?

— О чем ты? — выдыхает, хватаясь за мою руку, пытаясь ослабить давление.

— Я хочу, чтобы ты моей была. Всегда.

— Я и так твоя…

— Клянись, что моя. Что не предашь меня.

— Клянусь, Захар. Клянусь, любимый, — она выгибается. Попкой о член твердый трется. Яйца закипают, и я рукой помогаю себе войти в влажное лоно, растянуть стенки, достичь матки.

Закрываю глаза, чувствуя, как эмоции захлестывают. Буря внизу живота. Дыхание перехватывает. По нервам экстазом бьет.

Раньше я баловался коксом и часто бухал. А теперь мне это не нужно, потому что с Соней кайф ни с чем не сравнимый. Прошибающий насквозь. Закручивающий в вихрь полной безграничной власти. Ее надо мной.

Если бы она только понимала, какое влияние может иметь. Если бы она только осознавала, что ради нее я готов на все, воспользовалась бы?