Книга Укрощение строптивого студента, страница 129 – Мила Ваниль

— В надпочечниках, наверное, — пробормотал Ярик. — Из-за этого давление…

— Как-то так, — заключила Даша и осушила чашку.

— Даш, но онкология сейчас не приговор, — сказал он. — Есть же какой-то прогноз? Лечение?

— Местные сказали, своими силами не справятся. Вроде в Ростов направляют. В Москву просили, но…

— Погоди расстраиваться! — Ярика внезапно осенило. — У меня же отец… Я попрошу его помочь! Он точно сможет. У него связи.

— Яр… — Даша посмотрела на него как-то жалобно. — Я б, может, сама попросила бы… Потому что это мама, и ради нее я готова на все. Но ты не забыл, что произошло? И посылать тебя сейчас на поклон…

— А ты не посылаешь. — Он вскинул голову. — Я сам так решил. Если отец не захочет со мной разговаривать, я его через маму достану. Только мне выписка нужна, результаты анализов, обследований. Все, что есть.

Даша опять расплакалась, но теперь с видимым облегчением. Отыскав в аптечке пустырник — Tinctura leonuri[2], чтоб ее, — Ярик пожалел, что начал не с него, а с ромашки.

Впрочем, Даша быстро успокоилась в его объятиях. Ярику показалось, она просто сумела, наконец, взять себя в руки. Но любую проблему проще решать, когда есть надежда.

Пока Даша разговаривала с домашними, объясняя, что нужно отсканировать историю болезни и переслать ей, Ярик позвонил отцу. Мог бы маме, но решил действовать напрямую, не держась за ее юбку.

— Да, — сухо произнес отец.

Он ответил, и это хороший знак.

— Мы можем встретиться? Завтра, — сказал Ярик.

— Зачем?

— Мне нужна твоя помощь. Профессиональная.

А чего придумывать? Он говорит, как есть. Если отец откажет…

— Ты заболел?

— Не я. — Ярик взглянул на Дашу. — Не хотелось бы по телефону.

— Приезжай сейчас. Я дома.

— Смысла нет, пока историю болезни не переслали.

— А… Ну, да. Тут ты прав. Хорошо, завтра.

— Вот видишь, — сказал Ярик Даше, когда она освободилась. — Меня даже не послали. Думаю, мама смогла объяснить ему, что я не гей.

— Тебе… не обидно? — осторожно поинтересовалась Даша.

— Да пофиг, — отмахнулся он. — Знаешь, оказалось, есть что-то важнее обиды. Так, женщина! А ты что-нибудь с утра ела? Давай ужинать.

— Женщина? — изумилась Даша. — Это что за тон, заяц?! И что это за художества на стене в прихожей?

Ярик довольно улыбнулся: Даша опять ведет себя, как обычно. Значит, ее хотя бы отпустило. Ничего, они справятся. Вместе — точно справятся!

Нагоняя в тот вечер он, конечно же, не получил. Ни за «художества», ни за инициативу с ужином.

— Нда… — изрекла Даша, рассматривая криво порезанные овощи. — А с другой стороны, какая разница? Все равно вкусно.

Ярик остался ночевать без приглашения. Он попросту заявил, что не оставит Дашу в таком состоянии, а лечь может и на кухне. Но они решили раскладушку не доставать. Впрочем, и сексом не занимались, уснули в объятиях друг друга. А утром Ярик поплелся в институт, а Даша — на работу.

В клинику к отцу Ярик поехал после занятий. Еще до обеда Даша переслала ему файлы с историей болезни. Вообще, насколько он знал, рассчитывать можно было только на выписку, но, видимо, в провинции проще договориться с врачами.

Зайти Ярик решил с козырей.

— Папа, прости меня, пожалуйста, — произнес он твердо, едва они с отцом остались наедине. — Я не должен был…

Отец остановил его движением руки.