Книга Укрощение строптивого студента, страница 98 – Мила Ваниль

Шарик мешал. И ремешки впились в кожу, когда Даша затянула их на затылке. Но… надо, значит, надо.

— А это для того, чтобы ты мог остановить меня, если я сделаю что-то неприемлемое. — Даша застегнула на его запястье браслет, к которому на шнурке была привязана игрушка-пищалка. — Сожми ее, если будет нужно. Это вместо стоп-слова.

Ярик кивнул. Говорить он не мог, а мычать в знак согласия не хотелось.

— Поставь его на середину комнаты. — Даша показала на журнальный столик. — А потом наклонись и обопрись локтями. Ноги шире, попу выше. Да, так.

Бл… Блять! Он опять чувствовал такую уязвимость, что темнело в глазах. Что Даша будет делать? Сразу пороть? Но ведь он выбрал перчатку…

— Дыши глубже. — Она легко коснулась спины. — Ты зажался, как будто я тебя на дыбе вздернула. Я же пообещала, что сильной боли не будет. Доверься мне.

Стеком… И не больно? Ха! Он похож на трость, которой Даша ударила его в клубе. Между прочим, до сих пор дискомфортно! А она била через джинсы…

Даша гладила Ярика, успокаивая. Кажется, даже почесывала спину. Слегка сжимала ягодицы. А потом…

— Ы-ы-ы! — взвился Ярик.

На попу словно плеснули кипятком. Больно! Но не сильно… Даша права, скорее, неожиданно. Так вот для чего перчатка! Чтобы госпожа не отбила ладонь…

Даша шлепала размеренно, выдерживая паузы между ударами. Не спешила, но и не щадила, добиваясь нужного «воспитательного» эффекта. Как всегда, во время порки Ярик испытывал смешанные чувства — и стыд, и раскаяние, и досаду. Мог же не доводить до наказания? Мог, конечно. Но опять терпит боль и унижение, потому что… заслужил.

Попу припекало, но по телу разливалось приятное тепло. В висках стучало, в паху тянуло. Ярик даже расслабился: Даша определенно его щадила.

Так стыдно… Так сладко…

Уй! Он мгновенно сжал зад, едва почувствовал, что Даша коснулась ануса.

— Я позволяла менять позу? — вкрадчиво поинтересовалась она, дернув за ухо.

— Ы-ы-ы… — проскулил Ярик, нехотя расставляя ноги.

— Это ты жалуешься так, что ли? Не страдай. Не хочешь — воспользуйся пищалкой.

Ох, точно. У него же есть «стоп-слово».

— Ну? — поинтересовалась Даша, выждав паузу. — Не слышу.

Ярик отрицательно качнул головой.

— Тогда стой и не дергайся.

Ануса коснулось что-то влажное и холодное. Лед?

Вскоре Ярик унюхал фруктовый запах. Не лед, лубрикант.

От ужаса хотелось выть. Колени подгибались. Неужели это может быть… приятным?!

Ощутив давление, он напрягся.

— Малыш, расслабь попку, — неожиданно мягко произнесла Даша. — Я не хочу сделать тебе больно.

Ма… Кто?! Ма… лыш?

Возможно, в другой ситуации такое обращение Ярику не понравилось бы. Но сейчас оно прозвучало так ласково, что он поплыл. Задышал часто и шумно и почти обмяк, едва сохраняя нужную позу.

— Вот и молодец, — ворковала Даша, надавливая на анус. — Вот и умница.

Холодный тяжелый предмет, очутившийся внутри, хотелось вытолкнуть. Но… недолго. Даша позволила Ярику привыкнуть к новым ощущениям, а потом пошевелила предметом. Втулкой? Куда-то надавила… раз… другой…

Ярик не выдержал, рухнул на колени, когда его словно прошила волна удовольствия. Как током ударило!

— Не ушибся?

В голосе Даши ему послышалась усмешка. Он даже головы поднять не мог, цеплялся за столешницу онемевшими пальцами. Ему понравилось?! Но это же не означает, что он… он…