Книга В плену тирана, страница 189 – Евгения Паризьена

— Вот где мои солёные огурцы? Всё Бойцов, я обиделась!

— Бегу, Ники!

Как вы уже поняли, мы помирились, и ждали с нетерпением рождение малыша. А папа занялся расследованием того взрыва в торговом центре, и как выяснилось мама Николь, Ивонн оказалась жива, но ей намеренно стёрли память. Человек проживал совершенно чужую жизнь, не подозревая о существовании родственников.

Камиль

Не хотелось портить выходные, но Николь не упустила возможности вынести конкретно мозги.

— Мы ещё не поженились, а ты уже всё запрещаешь. Я не записывалась добровольно в рабство! — намеревалась затеять ссору.

— Мне что запереть тебя в доме? Ники, врачи сказали избегать лишнего волнения. В конце концов у нас скоро родится первенец. Останешься дома и точка! Всё хватит жужжать над ухом, надо ещё проверить договор, отец попросил. И Вани не мешало бы няньку найти!

— То есть, по-твоему, уже не справлюсь с материнскими обязанностями. Такая немощная девушка?

— Боже мой, Дроздова. Я просто хочу, чтобы ты избегала всяких нагрузок. Неужели сложно понять? Как что, сразу разводить истерики, — от греха подальше скрылся в спортзале. Нет, мы реально будем ссориться всю жизнь? Тогда никакого терпения не хватит.

— Кам, чего завёлся? Да отпусти ты её на этот бабский пикник! Им же нужно лишний раз посплетничать!

— И ты туда же? Остап, лучше займись отбором новых учеников, и распечатай документы с правилами, от Фила не дождёшься! — имел в виду говнюка, с которым мы сдружились при загадочных обстоятельствах.

— Всё, я переезжаю к Ираклию! Он не такой отмороженный на всю голову! — объявилась засранка в спортзале, нет реально сейчас получит по заднице.

— Так пойду-ка я от греха подальше. Да, ребят, с вами не соскучишься, главное дом не спалите, — оставил нас наедине, мы уже на протяжении часа не придём к соглашению.

— Значит, одна кикимора напрашивается получить по упругой попке!

— Я не стану заниматься с тобой сексом! Не приближайся!

— Что испугалась, чувырла?

— Мы кажется, говорили, чтобы ты больше не при каких обстоятельствах, не оскорблял меня, Бойцов! — отходит назад, едва не спотыкаясь.

— А как ещё с тобой разговаривать? Не нарывайся Николь, глава в этой семье именно я, и для наших детей расшибусь в лепешку! — только успел возразить, эта нахалка воспользовалась баллончиком зелёной краски. Распылила её в лицо, превратив меня за считанные секунды в Шрека.

— Получай, скотина, у нас равноправие. И я поеду с девочками на пикник, ты мне не указ! — довольна своим поступком.

Нужно разобраться с выскочкой. Схватил её за капюшон и потащил за собой в ванную. Брыкалась по дороге, но куда ей справиться с моими сильными руками.

— Только попробуй это сделать. Извращенец, — возмущается, когда снимаю с неё всю одежду и словно пушинку заношу в душевую кабинку. Осталось вернуться на кухню за сливками, повеселимся с засранкой.

— Камиль, что задумал? — испугалась, когда я полностью разделся и взял с собой знакомый баллончик с её ванильным угощением.

— Собираюсь наказать одно пугало с серыми глазами. Она должна понять, что муж всегда прав! — распылил содержимое на левый сосок, и нежно облизал языком. Моя девочка перестала сопротивляться и лишь нежно застонала.

— Прекрати!

— Зачем? Ты ещё не кончила, — теперь выдавил содержимое на живот, и стал поедать десерт с большим аппетитом.