Книга Спасу тебя навсегда, страница 97 – Яна Нова

— Какие пацаны, какая паприка? Максим, всё бездомная жизнь закончена. Тебе не надо больше работать, — тянется к нему, чтоб взять за руку.

— Насть подожди, — останавливаю, понятно, что для малого это важно, друзья, какая-то Паприка. — Меня, Владимир зовут, — тяну руку для знакомства.

— Макс, — отвечает тем же.

— Где твои пацаны? Зови сюда. Поедем в пиццерию обедать, и там всё обсудим.

Максим убежал и вернулся с двумя друзьями. Никита и Ярослав. Парни братья, погодки, двенадцати и тринадцати лет. Полгода назад сбежали из детдома. Братьев хотели разлучить, усыновив одного из них. Несмотря на то, что это по закону запрещено. В последнее время убеждаюсь, что для детдомов законы не писаны.

Приехали в кафе, сделали заказ, пока готовили, выслушали ребят. Оказывается Максим услышал разговор Насти и директора, где та ей угрожала. Чтобы спасти сестру, он решил сбежать. Считая, что если его не будет, её не тронут. Некоторое время скитался по городу, ночевал в подъездах, беседках, пока не познакомился с братьями. Ребята подружились и позвали Макса жить к себе, на сброшенную дачу, недалеко от города. У них даже есть питомец. Паприка — это оказывается собака.

— Ребят, вы понимаете, что на улице жить не выход, — обратился к братьям. — Вам надо вернуться в детдом. Обратимся куда следует, там проведут проверку. Проследим за тем, чтоб вас не разлучили.

— А ты чё мент? — уточнил Ярослав с набитым ртом.

— Полицейский.

— Ну, говорю же, мент, — ребята начали хохотать. — Не дядь, мы назад не пойдём. Это уже решено. Мы щас денег накопим и на море поедем, да Ник.

— Точно, Ярый, — ответил брат.

— Вы хотите заработать, кидая помидоры в стёкла? Это я такой добрый оказался, а другие по шее могут дать. Скоро зима, как собираетесь зимовать.

— Разберёмся, — Ярослав встаёт из-за стола, начинает складывать остатки пиццы в коробку. — Вы не против, если мы это заберём? Кит пойдём. Ладно Макс, бывай, — протягивает ему руку.

— Ребят, ну подождите, — Настя соскакивает. — А поехали… — посмотрела на меня, словно ища одобрение, я кивнул. — Поехали к нам, помоетесь, в приставку поиграете, я что-нибудь вкусненькое приготовлю.

— Не, мы не можем, — нахмурившись, заявил Ярик, а у самого глаза загорелись. — Нас дома Паприка ждёт. Выть будет ночью, если не придём. Внимание привлечёт.

— Тогда поехали за вашим Патриком, — расплачиваюсь по счету и веду ораву пацанов на улицу, понимая, что вечер не будет скучным.

— Паприка! — хором закричали все трое.

Съездили за дачу, забрали пса. Благо, это оказалась маленькая дворняга, а не какая-нибудь большая овчарка. Вернулись домой, когда уже темнело, пришлось заехать в ТК ребятам за одеждой. Пацаны по очереди сходили в душ, потом искупали собаку. Настя перестирала усю их одежду и ушла готовить ужин. А я погряз в размышлениях, куда пристроить пацанов. Смотря на них, как они играют в приставку, в голову пришла одна мысль.

— Васильич, здорово! — вышел на балкон, чтоб ребята не слышали. — Узнал?

— Здравствуй, Володя! Чем обязан?

— Почему, сразу обязан. Может так позвонил, узнать, как дела, как больница?

— Если так, то спасибо, хорошо. У вас как? Как Настенька?

— Тоже хорошо, ужин готовит. Виктор Васильевич, не обессудь, и правда звоню по делу, — Кольман Виктор Васильевич, врач из районной больницы, который лечил Настю, когда её нашёл. Позже, через него доставал её медкарту. Так и поддерживаем иногда связь. Мужик он не плохой, жена тоже, положительная, не везёт только. Женаты уже десять лет, а с детьми не получается. Так вот я и решил, чем чёрт не шутит.