Книга Сын босса. Хочу только тебя, страница 61 – Филиппа Фелье

— Снова и снова унижаешь меня своими попытками купить. За деньги, подарки или красивые слова. Пойми уже, что я не продаюсь.

Да понял я. Всё понял. Она не покупалась, не продавалась и не уламывалась. Не велась на игры, на вожделение, на флирт, на обещания или угрозы. Ни на что. Потому что другая. Не такая как все.

— Тебе меня не купить. Не уговорить и не заставить. Я ненавижу, когда мне лгут. Тем более так лицемерно, глядя прямо в глаза.

Но я не лгал. Я сказал правду чёрт побери, блядскую зудящую меж рёбер правду!

— Это отвратительно. – Добивала она откровениями. – Ты мне отвратителен.

На последнем слове она скривилась, будто увидела перед собой паука, а меня как под дых ударили. Больно блядь. Сердце сжалось, заколотилось в попытке вырваться из ледяных пальцев неведомого ранее чувства. Всегда так больно? Любить. Чёрт бы всё побрал! Отвратителен я ей. Тогда почему она льнула ко мне буквально несколько минут назад? Почему реагировала на ласки, на поцелуи так, будто я ей нравлюсь?

Потому что из чудесного ротика лилась ложь, а тело говорило правду. Я ей нравился так же сильно как она мне, но она врала. Для чего? Только лишь чтобы заставить меня уйти? Или у неё есть… парень? Жених? Или кто-то, для кого она себя берегла. Некто важный для неё. Не я.

Я был слишком обескуражен вскрывшимися, как болезненные нарывы чувствами, чтобы продолжать давить на неё. Не сейчас. Не сегодня. Позже. Она всё равно будет моей. Я не отступлюсь. Девочка настроена на серьёзные отношения? Значит я ей их дам. Она будет со мной, а не с каким-то там другим мужчиной. Никаких других вокруг неё не будет. Никогда. Тем более после того, как я узнал о её невинности.

— Я верну твой подарок почтой. А теперь уходи.

Я скривился, как будто мне в глотку впихнули лимон без кожуры. Почтой вернёт она. Кто их примет обратно-то?

Вышел от неё в каком-то раздрае. Хотелось одновременно хохотать до припадка и убивать. Беспощадно. Поэтому я поехал прямиком к… верно, в университетскую общагу к Тоцкой. Мне нужна была папка с документами, чтобы засадить ублюдка Шайхулина на несколько блядских жизней. Конечно, я предпочёл бы придушить тварь собственными руками, но ведь посадят, как за человека, поэтому решил действовать другими способами. Но наверняка.

Время для визитов закончилось, номера Аллы у меня не было, но были деньги, как всегда решившие вопрос с моим пропуском к ней на этаж.

Девятиэтажное общежитие выглядело убого, как и Тоцкая в нашу последнюю встречу. Интересно, что с ней произошло? Неужели Шайхулин провернул свой номер и с ней? Это не моё дело. Не моё дело, но как же раздражало само существование конченного подонка, способного совершать такие поступки. Это не по-мужски. Низко. Отстойно. До тошноты. И ведь не урод внешне, мог бы получить любую девочку, если бы приложил немного усилий. Только усилия – это не про Шайхулина. А может быть его именно это и возбуждало? Когда они беспомощные, безжизненные… Так купил бы себе резиновую куклу и трахал её вдоль и поперёк. Мудак блядь!

Стук костяшек пальцев в старую деревянную дверь волнами эха разлился по длинному коридору. Тусклая лампа светила над соседской комнатой. Её света не хватало, чтобы видеть дальше двух дверей. Почти весь коридор был погружён в чернильно-чёрную темноту. И как здесь девчонки живут вообще? Им же наверняка страшно ходить по такому коридору. Комендантша пропустила меня почти без вопросов, за крайне скудную сумму. Так чего ей стоило пропустить кого-то вроде того же Шайхулина?