Книга Отец подруги. Наш секрет, страница 30 – Адалин Черно, Вероника Касс

— У него есть жена, представляешь?

— Что? — хмурюсь, не понимая, о чем речь.

— У Паши… у Паши есть жена, Тая. Я сегодня узнала. Увидела его у нее в блоге. Счастливого, улыбающегося. Они ждут ребеночка, — едва не всхлипывает Ульяна. — Она известный блогер, я слежу за ней уже полгода, но она никогда не показывала мужа, а тут… сразу и мужа и тест на беременность.

О том, что некий Паша и тот мужчина, чьего имени Ульяна прежде мне не называла один и тот же человек, я догадываюсь сразу. Для этого и провидицей быть не нужно. Но вот, что ответить подруге и как ее поддержать я не имею ни малейшего представления.

Как нужно вести себя в такой ситуации? Наверное, Уля и так все делает правильно. Вроде как все так и поступают — уходят в отрыв. Правда не помогает это никому, но все же стадию эту должны пройти все. Должно переболеть, а потом отпустит.

Официант приносит две порции текилы, ставит одну напротив меня, вторую напротив Ули, подруга хмурится, бубнит себе, что-то под нос, а затем придвигает к себе вторую стопку и быстро осушает одну за другой.

— Повторить, — кричит она официанту, не успевшему даже отойти от нашего столика, затем поворачивается ко мне и слезно тянет: — что же мне теперь делать?

Хочется пожать плечами, но я сдерживаю этот порыв. Все-таки Уля стала для меня настоящей подругой. Помогла мне и поддержала так, как никто, поэтому и я должна ответить ей не меньшим.

— Правильнее всего будет забыть, — Уля морщится, мой совет ей явно не нравится, — можешь еще отомстить, и рассказать жене о вашей связи, — продолжаю я, — но это грязно, тем более она блоггер, зачем тебе это надо?

— Я не хочу ему мстить, Таечка, я его люблю. Я хочу с ним быть, понимаешь?

— Любишь даже после того, как он тебя обманул? Жена и ребенок, Уль, это же… Это говорит о нем, как о человеке совершенно не обладающим моральными ценностями.

— Да, ты права. Это все… ужасно, — официант опять приносит текилу, и Уля вновь расправляется с ней со скоростью света, — но сердцу ведь, — подруга прикладывает руку к груди, — сердцу не прикажешь. Душа к нему рвется, понимаешь, Тай?

Я смотрю на полные слез глаза Ули, на ее подрагивающие губы и неожиданно даже для самой себя говорю:

— Я тебя понимаю, Уль. Понимаю, как никто, — кладу ладонь на свой живот, подруга прослеживает взглядом движение моей руки, а затем ее глаза расширяются.

— Ты все еще его любишь? — ахает она. — Этого урода, что заделал тебе ребенка и отказался от него?

— Да, Ульяна, сердцу ведь не прикажешь, — возвращаю я ей ее же слова, и подруга усмиряет свой напор, слоно сникает, кивает и тянется к салату, который наконец-то принесли. Хорошо хоть не к новой порции текилы, которая ее также ждет на столе.

— Ты права, — немного погодя бросает она, — встает из-за стола, нагибается ко мне и кричит практически на ухо, — пошел он!

А затем разворачивается и идет на танцпол. У нашего столика очень хорошее расположение, вроде он и в отдалении, но обзор прекрасный, поэтому я наблюдаю за подругой пока она отрывается.

Первых минут тридцать Уля то и дело машет мне, чтобы я присоединилась к ней, но у меня нет никакого желания идти танцевать, разговор с Ульяной разбередил мое и без того встревоженное сердце. Которому и правда не объяснишь почему в жизни следует поступать по уму, и не обращать внимания на его… сердечные веления.