Книга Беда майора Волкова, страница 50 – Ника Оболенская

Прищурившись, Андрей качает головой.

— Да уж, с твоими «связями» я успел познакомиться.

— Прости! — вырывается у меня это совершенно искренне. Спешу продолжить: — Я тогда была сама не своя… Я, я позвоню крестному, мы всё исправим… — Без раздумий хватаю в руки телефон, забыв, что на часах давно уже глубокая ночь.

Ладонь Андрея ложится на мою.

— Отставить!

— Но я же…

— Ян. — Его тон из смешливого становится серьезным, и я убираю телефон. — Приговор обжалованию не подлежит и приведен в исполнение. Я отделался устной выволочкой и отпуском, могло быть и хуже.

Смутившись, прикусываю губу. Это ведь из-за меня всё…

— Бабушка всегда говорит, что думаю я не тем местом, — говорю примирительно. Хотя Андрей и не выглядит обиженным.

— Пылишь ты знатно! — сверкает зубами Андрей. — В следующий раз постарайся для начала охладить то самое место для дум. Говорят, на «холодную» легче принимать решения и тяжелее допускать ошибки.

— В следующий раз засуну голову в морозилку, — клятвенно обещаю, прикладывая ладонь ко лбу в имитации воинского «отдать честь».

— Ты должна была сказать: «Так точно, товарищ капитан». — Посмеиваясь Андрей сдвигает мою ладонь ближе к виску. — Руку вот сюда. А вообще, к пустой голове ее не прикладывают…

— Эй! — возмущенно пихаю его в грудь, задевая выглянувшие из распахнутого ворота медальоны.

Мое любопытство гасит вспыхнувшую злость, и я, не встретив сопротивления, вытягиваю цепочку на свет.

Два простых прямоугольничка из металла с выбитыми рядами цифр. Ни имени, ни звания.

— Налюбовалась? — Андрей мягко вытягивает у меня жетоны и прячет, застегивая рубашку на одну пуговицу.

— Расскажешь о них?

— Боюсь, это интервью затянется надолго. — Отвернувшись, Волков заводит машину. — И оно уж точно не для первого свидания…

— Третьего, — поправляю из чистого упрямства.

— Пристегнись! — следует приказ.

И на этот раз послушно его исполняю.

— Так точно, товарищ капитан! — Щелкаю замком ремня, наблюдая, как мы выруливаем с парковки на дорогу, в такой час почти пустую. — И разве у нас свидание?

— А на что, по-твоему, это похоже?

— Столкновение? Противостояние? — задумчиво перечисляю, постукивая ногтем по подлокотнику.

— Борьба, еще скажи. — Усмехнувшись, Кэп бросает на меня насмешливый взгляд. — Клуб, разборки, жаркий минет в машине… чем тебе не классическое свидание?

Мои щеки вспыхивают огнем, когда я вспоминаю егоу себя во рту… и вкус…

— Вообще-то, это, если можно так сказать, был мой дебют, — бормочу себе под нос, но меня слышат.

— Тогда ты самая отвязная из дебютанток, которых я встречал!

Что-то вдруг царапает меня в этой фразе.

— И много у тебя случалось дебютов в тачке? — Я не хотела спрашивать, но оно само вырвалось.

В салоне становится тихо. Сжираемая внутри противоречивыми, неправильными чувствами, отворачиваюсь к окну.

«А что ты хотела, Ян? Он старше тебя на девять лет! Когда у тебя в первом классе два передних зуба вылетели, он уже с девчонками целовался. У него были бабы до тебя, будут и после… Да у него даже жена была! А ты — лишь эпизод, глубокий минет в этой тачке. Если бы тебя записывали в телефоне по особым приметам, сто пудов, у Волкова бы ты была «Глубоко берет» или «Зачетные сиськи», — уничтожаю себя изнутри садизмом.

Ладонь Волкова ложится мне на колено. Он чуть сжимает хватку, привлекая внимание.