Книга Сводные. Расплата за ошибки, страница 57 – Хельга Дюран

Господи, с одного раза, может, вообще ничего не будет? Может, пронесёт?

Устроила мне тут истерику, паникёрша, блин!

Вспомнив о том, что тётя Лена ждёт нас на завтрак и вручение подарков, я заправил кровать и начал собираться. Подарки я любил. И Васёна успокоится поди к этому времени?

С Васей я так и не успел обсудить то, что родителям не стоит ничего рассказывать. Хотя… И пускай рассказывает! Вообще пофиг!

Я не безответственный! Понятно?

Решив для себя, что я взрослый, крутой мужик, я спустился в столовую. Тётя Лена уже накрывала на стол, пахло чем-то вкусненьким. Женщины в доме — это просто офигенно!

Вася пришла вся напряжённая, дёрганная. Зыркнула на меня, как на врага. Я вздохнул, сел за стол и приготовился к самому идиотскому завтраку в своей жизни. Сейчас ещё папа придёт…

— Мамуль, привет! — Вася обняла маму, став на секунду добренькой. — Как отдохнули? Прости, я не ждала вас так рано. Вы же вечером должны были прилететь?

Уже не «мы», а «я»? Всё, мы не вместе? Ну, и ладно…

— Так получилось, Вася, — пожала плечами тётя Лена. — Вы-то как тут?

— Нормально, — сквозь зубы выдавила девушка, садясь напротив меня.

Она бросила мне уничтожающий взгляд, напоминая мне о том, что она стерва та ещё, и покраснела, как свёкла.

— Ой, мы столько фотографий привезли, видео! Покажу потом! Вам с Димой тоже стоило бы поехать в это чудесное место. В следующий раз мы с папой обязательно возьмём вас с собой.

Ага, ждём, не дождёмся.

— А где папа? — спросил я, запихивая в рот хрустящую, горячую вафлю.

— Петенька видеонаблюдение проверяет, — ответила тётя Лена, и моё сердце упало прямо в трусы. — Он очень переживал за вас. Сам знаешь, как он любит всё держать под контролем. Сейчас придёт, Дима.

Вафля встала поперёк горла, я закашлялся, так, что слёзы на глаза навернулись, привлекая к себе на фиг ненужное внимание. Вася побледнела и прикрыла на секунду глаза. Я вообще был готов провалиться сквозь землю, судорожно вспоминая, что такого могли запечатлеть видеокамеры. Дохрена чего! Всё!

Это конец! Это просто конец!

Надо пойти и отвлечь папу как-то! Вытащить его из кабинета, хоть силой. Это ничего не даст, только отсрочит неизбежное.

Дожёвывая вафлю, я попытался взять себя в руки, готовясь к самому худшему.

Я ответственный, я всё разрулю! — как заклинание, повторял я про себя.

Что говорить? Что?

На Василину вообще было страшно смотреть. Казалось, она сейчас в обморок грохнется от волнения. Хорошо, что тётя Лена занята, и не смотрит больше на нас.

Мне хотелось сказать девушке что-то ободряющее, успокоить её, но у меня самого была такая паника, что я сам себя не мог взять в руки. Кого я могу успокоить в таком состоянии?

До того я оказался впечатлительным, что смотрел на Василину, и мне казалось, что мои сперматозоиды прямо сейчас в эту секунду оплодотворяют её яйцеклетки. Массово! Там уже тройня у неё, как минимум. И живот расти начал.

Господи, это просто ужасно!

В коридоре послышались тяжёлые шаги, заставляя моё сердце биться, как пойманную птицу, и в столовую вошёл папа.

— Здравствуйте, дети! — поздоровался он, будто учитель младших классов, будто мы с Васей бестолочи. — Мне нужно с вами серьёзно поговорить!

— Я случайно Диму с лестницы столкнула! — в отчаяние завопила Василина, видимо, решив не ждать, пока папа начнёт отчитывать её. — Дядя Петя, не надо на меня в суд подавать, пожалуйста!