Книга Сводные. Расплата за ошибки, страница 74 – Хельга Дюран

Не терпелось поскорее выяснить, что там с моей беременностью, только вот запах оладушков, горкой сложенных на тарелке, увёл мои намерения совершенно в другую сторону. Они как будто нашёптывали мне, что все дела подождут, что можно немного задержаться, пока они ещё тёпленькие и ароматные. Я вспомнила, что в последний раз ела почти сутки назад, и, спрятав упаковки с тестами за микроволновку, набросилась на еду.

Ела стоя, засовывая в рот сразу по оладушку. Желудок радостно заурчал, принимая в себя почти целые, непрожёванные толком куски выпечки, и попросил добавить апельсинового сока. В холодильнике он был, поэтому я радостно вытащила пачку, прихватив ещё и банку сгущёнки.

Вот это пир! Почему мама каждый день не печёт оладьи? Это же такая вкуснятина!

Налопавшись до отвала, я облизнула сладкие от сгущёнки губы и пальцы, громко отрыгнула апельсиновым соком, которого выдула почти литр, и тяжело отдышалась, чувствуя, что сейчас лопну. Теперь можно идти делать тест со спокойной душой.

Захватив из шкафа какую-то банку из-под йогурта, я сгребла тесты на беременность и пошла к себе. Заперлась в ванной и разложила упаковки по ковру. Они были все разные, все пять штук. С какого начать?

Все распечатаю для точного результата.

Пописав в баночку, я макнула все пять тестов в жидкость, и, усевшись на пол, принялась ждать.

По мере того, как проявлялись плюсики и полоски на тестах, мне становилось всё хуже и хуже.

Они все были положительными! Все!

Я почувствовала себя обманутой. Дима улетел, а я сижу тут, как дура со своими тестами и со своим ребёнком.

Ну, как же так? Почему я вчера не занялась этим вопросом? Мне бы не пришлось одной на это смотреть…

Я закрыла лицо руками и горько разрыдалась. Прощай «Грация», прощай моя карьера, прощай Дима со своей любовью!

Здравствуй токсикоз, толстая жопа и одиночество!

Теперь если и придётся танцевать, то разве что с погремушками вокруг детской кроватки, а путешествовать с коляской по двору или до магазина за памперсами.

Что я маме скажу? Только что она отчитала меня за несерьёзность, а теперь выяснилось, что я ещё и в подоле принесла?

От подруг я скрыла свою интрижку со сводным братом, поэтому делиться теперь своим «счастьем» было неловко.

Я осталась одна наедине со своей проблемой. Можно было позвонить Диме и «обрадовать» его, но мне гордость не позволяла. Да и зачем ему знать? Он только уехал, ему нужно время, чтобы адаптироваться в другой стране, в другой команде, а тут я со своим киндер-сюрпризом. Себе жизнь испортила, зачем ещё и ему проблем подкидывать в самый неудобный момент? Для него переезд в Америку был наиважнейшим шагом в жизни, пусть лучше спокойно играет в свой хоккей.

Справлюсь без него. Мама меня как-то вырастила в одиночку, и ничего, нормально получилось. Крыша над головой у меня есть, мама рядом. Рано или поздно я ей всё расскажу, как случай представится. Мама меня любит. Не выгонит же она меня из дома с животом? Там внук её и дяди Петин. Наругает, конечно, но на её помощь можно рассчитывать смело.

Я сама себя загнала в угол своим необдуманным поведением, самой и нужно разгребать. Мама права, пора взрослеть. Наревевшись вдоволь, я успокоилась и взяла себя в руки, смирившись с тем, что скоро стану матерью. Матерью-одиночкой.