Книга На грани доверия, страница 79 – Елена Вернадская

Павел

— Я не буду ничего рассказывать! — упрямо сказал он, глядя на Арнаутского. Он не собирался здесь обнажать душу перед этими уродами. Пусть его лучше посадят. Хотя, конечно, садиться он не собирался. Он сделает все возможное, чтобы этого не произошло.

— Ну тогда расскажу я! — спокойно произнес Арнаутский.

А у Паши душа ушла в пятки. Откуда он может что-то о нем знать? Хотя, такие уроды до всего докопаются.

— Началась эта история в одном маленьком городишке примерно лет тридцать назад. Жила была одна молодая семья, Коля и Таня. И все в этой семье было хорошо, пока не родился у них ребенок. Кажется, что плохого может быть в том, что в семье появился ребенок. Оказывается, для некоторых мужчин может, ведь жена полностью переключилась на новорожденного, а про мужа как будто забыла. По крайней мере Коле так казалось.

— А разве можно как-то по-другому, если маленький человечек требует заботы 24 на 7? — спросила Настя.

— Нельзя, и для нормального человека это естественно, — продолжил Арнаутский. — А вот Коля этого понять не мог. И в какой-то момент он понял, что стал ненавидеть собственного сына. Но ведь ненавидеть своего ребенка — это ненормально. И что же с этим делать? Не признавать же, что ты псих. И Коля нашел выход. Его собственная психика вдруг все перевернула с ног на голову, и вся его ненависть с сына перешла на жену и весь женский род. С этого момента Коля превратился в чудовище. Жена стала его врагом номер один. Сначала он унижал ее словами, а потом перешел и к физическому насилию.

Павел вдруг так ясно перенесся в свое детство. С того момента как он помнил себя, отец все время орал на мать. Именно орал. Он маленький еще не понимал, чем недоволен папа, но от его страшного голоса прятался под стол или за шкаф. Он помнил, как несколько раз мать пыталась отцу возражать, а потом он слышал какие-то хлопки, после которых мама плакала. Много позже он поймет, что это были пощечины, которые отец отвешивал матери за ее возражения.

— Начал он с затрещин, — продолжал тем временем Арнаутский. — А потом перешел к полноценному поколачиванию. И в один день избил жену так, что та потеряла сознание. Коля подумал, что она притворяется, и ушел себе к очередной любовнице, коих у него было пруд пруди. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы на вой их ребенка не среагировала соседка. Таню нашли в полусознательном состоянии, с разбитым носом, рассеченной губой и сломанными ребрами.

Паша как сейчас переживал весь тот ужас. Пока не пришла соседка тетя Нина он сидел возле матери и просил ее встать, размазывая ладошкой кровь, что натекла на пол. Потом стал выть. У соседки были ключи от их квартиры, на всякий случай. Тетя Нина вызвала милицию и скорую. А Паша от шока не мог говорить.

— Именно в тот момент в их районе появился новый участковый, — продолжал Арнаутский. — Михаил Афанасьевич. И он взял эту семью на заметку. Колю не посадили, но участковый предупредил, что еще раз он тронет жену, и присядет конкретно и будет мотать срок за все косяки на районе. И Коля испугался.

Да, Паша хорошо помнил, как после того случая батя ругался на мать, как горели злобой его глаза, но он ни разу ее больше пальцем не тронул. А Паша молчал несколько месяцев после того случая, но однажды батя уселся рядом с ним, положил руку ему на плечо и сказал: