Книга Две плети, страница 216 – Майя Невская

— Вам придется отпустить меня, — сказала я, испытывая сожаление от собственных слов. Больше всего на свете мне хотелось остаться с ними. Хотелось наплевать на все сомнения, страхи, неуверенность и просто остаться с ними. Потому что этого очень хотело мое сердце.

— И не подумаем.

— Упрямые. — Я теснее прижалась к Богдану. — У нас троих нет будущего. — Мои слова были не громче шепота. Как будто чем тише я их произношу, тем меньше силы они имеют.

— У нас троих есть настоящее. Сосредоточься на этом. Нет смысла думать, как будет потом. Это все равно никому неизвестно. Прекрати сомневаться и искать причины для отказа. Мы ни одну не примем.

— Упрямые. Почему вы такие упрямые?

— Потому что упрямишься ты.

Я тихо вздохнула. Против них двоих у меня не было аргументов, да и с каждой минутой все меньше хотелось их искать.

Богдан вынудил меня снова посмотреть ему в глаза.

— Где твои ошейники, девочка?

— Дома.

— А должны быть здесь. — Он обхватил меня за горло. — Если в следующий раз забудешь про них, мы тебя накажем.

— Кнутами, — кивнул Зоран.

— Ваша упорная настойчивость одновременно восхищает и пугает меня. Почему вы никак не поймете, что между нами все кончено?

— Разве? — Зоран склонил голову набок. — Мы подождем, пока ты осознаешь, что уже никуда от нас не денешься.

Я улыбнулась его самоуверенности. Но стоило мне подумать о том, что через несколько минут я выберусь из теплых объятий Богдана, оденусь и навсегда уйду от мужчин, сердце болезненно сжалось. Неосознанно я начала оттягивать этот момент.

Время шло, а я по-прежнему не чувствовала в себе сил уйти. И дело было не только и не столько в физической усталости. Я не могла оторваться от них. Душа отчаянно сопротивлялась. Как уйти от тех, при взгляде на которых замирает сердце? Как оставить навсегда тех, кого любишь?

Будущее было где-то там, далеко и размыто, а настоящее в лице двоих мужчин не отпускало меня, удерживая в надежных объятиях. Не сдержавшись, я коснулась губами груди Богдана ровно там, где находилось его сердце. Он поцеловал меня в макушку, на мгновение крепко обнимая. Собрав остатки сил, я перебралась на колени к Зорану, желая и его объятий тоже. Я прижалась к нему так же тесно, как секунду назад прижималась к Богдану.

Чем больше проходило времени в объятиях мужчин, тем сильнее мне хотелось заткнуть голос разума и позволить принять решение сердцу.

— Если я соглашусь…

— Без если, — Зоран обхватил меня за шею. Я посмотрела ему в глаза. — Забудь о том, что собиралась от нас уйти.

— Ты переговоры так же ведешь? — Улыбнулась я и обхватила его за щеки.

— Жестче. — Зоран сильнее сдавил мою шею, причиняя боль и, притянув к себе, настойчиво поцеловал. Его язык по-хозяйски исследовал мой рот. Губы терзали мои. Своим мощным натиском Зоран вынуждал меня сдаться без сопротивления. Хотя последнего во мне уже давно не осталось. Мой тихий стон прозвучал как окончательная капитуляция.

— Поцелуи тоже используешь в переговорах? — Прошептала я, облизывая губы.

— Только когда сильно заинтересован в результате.

Объятия Богдана и Зорана, их близость и настойчивость заглушали все разумные доводы о том, почему отношения на троих — плохая идея. «Неправильность» всего происходящего делала меня счастливой. Разве не это должно быть главной целью всего? Быть счастливой… Просто быть счастливой. Эта избитая истина вдруг все расставила по местам.