Книга Болен (не) тобой, страница 76 – Элена Макнамара

Я словно зубами вцепился в свою чёртову свободу. Не позволяю никому разрушить стену, которую построил, чтобы отгородиться от всяких ненужных чувств к женщинам. Но сейчас даже невооруженным взглядом видно — этой стены уже нет. Лиза её сломала.

Тогда какого хрена я всё ещё лежу и не еду за ней?

Телефонный звонок вырывает меня из мыслей. Повернув голову к тумбочке, смотрю на экран. Вика.

Не хочу с ней говорить, но ведь она не отстанет.

Беру гаджет и, приняв вызов, недовольно прижимаю телефон к уху.

— Вик, сейчас немного не до тебя...

— Я тоже не горю желанием с тобой общаться, — сразу отрезает она ледяным тоном. — Просто проверь, наконец, вотсап!

— Ладно... Подожди...

Я отдираю телефон от уха, ставлю звонок на громкую. Открываю вотсап. От Вики очень много сообщений. Фото каких-то потных байкеров. Ссылки. Скрины с текстом.

— Что это? — спрашиваю я.

— Посмотри. Может, узнаешь кого-нибудь на первом фото.

Кликаю по нему, присматриваюсь к рожам этих байкеров. Увеличиваю одно в центре.

— Это Халидов? — протягиваю изумлённо. — Как он связан с любителями Харлеев?

— Его путь в мотоспорте начинается именно здесь, на этом фото, — начинает разжёвывать Вика. — Эта... кхм... пусть будет «компания»... не только раскатывала на Харлеях, но и не слишком законным путём пыталась разбогатеть. Грабежи, разбой... В общем, подзаработав таким образом, Халидов укатил в Европу. В первых гонках участвовал на самостоятельной основе, другими словами — платил за участие, а не наоборот. Очень долго был там аутсайдером. Никому был не нужен. Пока один из постоянных призёров не попал в серьёзную аварию и не выбыл. Давид попал на его место в клуб, в него начали вкладывать. Ну и он уже поднаторел, начал побеждать. И в конце концов смог заработать гораздо больше, чем привёз когда-то с собой. Надо сказать, он с мозгами.

— И без принципов, — бросаю сухо.

Хотя я и сам бываю таким, чего уж там.

— Но ты присмотрись внимательнее, Кир, — вновь подаёт голос Вика. — Нет ли среди этих байкеров тех, кто ворвались тогда к тебе?

Я вновь впиваюсь взглядом в фотку. Она старая, ей лет пятнадцать, не меньше.

— А что-то посвежее есть?

— Есть. Полистай мои сообщения.

Пролистываю вниз, нахожу ещё фотографии. Открываю каждую и вижу в конце концов знакомую рожу одного из псов Давида. Кажется, именно этот держал меня за правую руку, когда Халидов съездил мне по лицу.

— Да. Один есть, — расплываюсь в ядовитой улыбке. — Где эти ублюдки обитают?

— В моих сообщениях есть и такая информация... Но ладно уж, расскажу, раз тебе лень читать, — отвечает она, не скрывая сарказма.

А я с таким же сарказмом «умоляю»:

— Да уж, Викуль! Будь так добра!

— Угомонись, Савельев! — фыркает она. — У этих байкеров, конечно, есть клуб. Место, где они зависают, по сути — рассадник алкашей и наркоманов. Клуб называется «Северные волки». Дебильное название, ничего не скажешь...

— Где находится этот притон?

— На северной окраине города. Давид, кстати, является совладельцем, но эта информация всплыла случайно. Думаю, почти никто не знает о его таком сомнительном бизнесе.

— Хорошо. Спасибо, Вика, — говорю вполне дружелюбно. Я ей, и правда, благодарен.

— Ты рано меня благодаришь, Кирилл, — отвечает она с ехидством. — Чтобы ты не наделал глупостей, о своём расследовании я рассказала Артуру. И его отцу тоже.