Книга Пепел на твоих губах, страница 176 – Вера Зверева

Так! Нет! Стоп!

Она просто зайдёт, отдаст ему гостинец от Ангелины Эдуардовны и спросит, как прошёл его день, всё ли у него в порядке. Может, он вообще не захочет с ней разговаривать, учитывая то, как именно они расстались. Вдруг теперь она для него предатель и видеть её противно?

Вика тяжело сглотнула, чем больше она стояла перед дверью, тем больше боялась идти дальше. Глубоко вдохнув и сжав губы, она всё же вышла из своей квартиры, осторожно заперла её ключом, который запихнула в карман. Надо усложнить себе самой пути отхода, ведь совсем позорно убежать обратно, например, в тот момент, когда столкнётся с ним в дверях его квартиры.

Пол в коридоре холодил босые ноги, она всё-таки забыла обуться. Прежде чем открывать дверь, Вика вежливо постучала, затем ещё раз, так не услышав никакого ответа. Наконец, осторожно открыла дверь и вошла.

Внутри было очень тихо, не шумела вода в душе, только с улицы лился пёстрый коктейль звуков вечернего города, проскальзывая между створками приоткрытого окна и тёмными парусами штор. Полоса света падала на середину комнаты и угол журнального столика, очерчивая силуэт разорванной коробки из-под каких-то лекарств. Пока глаза привыкали к полутьме, Вика медленно прошла к кухонному столу и поставила на него тарелку.

— Андрей? — позвала она.

Он не ответил, но оглянувшись, она разглядела его, сидящего на краю дивана перед столиком в самой тени от зашторенных окон. Голова была слегка опущена, будто он задумчиво смотрит прямо в стол, локти безвольных рук лежали на коленях.

Вика замерла в сомнении, как назло, именно сейчас в голову вообще не шли никакие мысли, будто их всех унесло внезапным ураганом, оставив только унылую бесполезную пыль. Поэтому она молча подошла к дивану и села рядом. Почти вплотную, едва касаясь коленом его ноги.

Будь его силой.

Протянув осторожно руку, Вика коснулась его расслабленной ладони и медленно переплела их пальцы. Она не знала, что он думает, смотрит ли он на её руку, здесь ли он вообще или снова покинул негостеприимную реальность.

— Я очень устал, — проговорил Андрей почти шёпотом.

Это можно было понять, смена у него вышла совершенно сумасшедшая с несколькими крупными и изматывающими пожарами. Но что ответить на это, Вика не знала. Она положила голову ему на плечо, чуть сильней сжав пальцы.

— Я так устал от себя, — продолжил он, — от горстей таблеток, которые забивают голову ватой. Я будто перестаю быть собой, хожу как чучело, набитое чужими эмоциями. А когда они мои собственные, я жалею.

— Не нужно, — тихо ответила Вика.

— Там на аварии, — сказал он спустя долгую паузу, будто точно зная, что она поймёт его, — я застыл. Одно мгновение, вокруг меня Киевское шоссе и бензовоз, в другое — горящий конвой, я на земле и чёрный дым уходит в небо, — на последних словах его голос почти потерял звук, оставляя только выдох, — ослепляющая боль и запах… топлива… металла и… сгоревших тел.

Вика подняла голову и, глотая ком в горле от услышанного, мягко провела свободной рукой по его плечу.

— Это всё в прошлом.

— В прошлом, — согласился Андрей, — только прошлое теперь в настоящем. И я уже не знаю… как его выключить. Если бы Тимур не заметил сразу, что что-то не так и не дёрнул меня… — он покачал разочарованно головой, — я не знаю, что дальше могло бы произойти. Что бы я стал делать, умирать или воевать? Командир этого не видел, но ребята не смогут меня прикрывать, если приступы будут продолжаться. Им и совесть не позволит этого делать, от меня зависят их жизни. Я становлюсь слабым звеном в расчёте. Непростительно слабым. Опасным!