Книга Пепел на твоих губах, страница 36 – Вера Зверева

— Спасибо.

— Мажь, пока волдыри не сойдут. Бинты держи сухими и чистыми, меняй не реже раза в день. Через пару тройку дней руки будут как новые.

Проинструктировал он напоследок и, не дожидаясь новых вымученных благодарностей, удалился. Вика услышала, как закрылась его дверь, и заперла свою.

Блин. Почему каждая встреча с ним завершается как-то невразумительно и неловко. Вика осмотрела полученные дары, поморщилась от очередного приступа боли в пальцах и отправилась их перебинтовывать. Перспектива быть, как новой через пару дней, ей очень понравилась.

— Может, тебе вилку лучше? — спросила Маша, глядя на то, как Вика пытается разделить склеенные китайские палочки.

— Ты что? Суши вилкой — это кощунство! — возмутилась Вика, но успеха с палочками не достигла. Какие-то бракованные что ли.

— Не могу я на это смотреть, дай сюда, — она бесцеремонно забрала палочки и разделила их. Вернула Вике, а затем раскрыла пластиковые упаковки с роллами и суши, расставила их на столе. Несколько небольших упаковок рыбно-рисового лакомства она привезла с собой из одного любимого ресторана, выполняя сегодня своё давнее обещание приехать в гости.

— Спасибо, — Вика чувствовала себя неловко. Чужая забота всегда тяготила её, но совсем не хотелось обижать единственную подругу.

— Не за что. Должен же кто-то ухаживать за ранеными, которые себя покормить толком не могут, — в шутку проворчала Маша, наливая соевый соус в маленькую пластиковую чашечку. Затем наполнила две кружки, единственную посуду для питья в доме, белым вином и уселась поудобней на раскладном стуле. — Ну, рассказывай, как ты докатилась до жизни такой?

Вика смущённо улыбнулась. Вот уж и вправду и смех и грех с этими ожогами. Они уже почти зажили благодаря волшебной мази Андрея, и Вика собиралась её вернуть, но тот снова куда-то пропал и не объявлялся в своей квартире двое суток. Ни сам, ни с конвоем в полицейской машине.

— А, ерунда. Всё, что не обуглилось, заживёт, — отшутилась она, едва сгибая забинтованные пальцы с палочками в них. — Скоро уже можно будет снять повязки, пальцы почти зажили. Завтра, наверное.

— Не бережёшь ты себя, дорогая, — Маша сделала глоток вина, а затем с аппетитом засунула в рот крупный ролл с угрём.

— Да я просто кастрюлю с плиты сняла неудачно, — наконец объяснила она ситуацию. — Отвлеклась, забыла, что она обычная эмалированная, а не как дома с негреющимися ручками.

В то же мгновение она поймала себя на мысли, что сказала «дома», хотя перестала считать таковой ту квартиру, где она жила с Ренатом. Ну, или хотела этого, по крайней мере.

— Это ужасно больно, наверное, — Маша сочувственно поморщилась, — хорошо, что хоть лечишь. Намазала чем-нибудь?

— Да, сосед дал шикарную мазь. На глазах заживает, и на следующий день уже болеть перестали, а то такие волдыри были ужасные.

— Сосед? — хитро улыбнулась подруга, подхватывая очередной ролл самыми кончиками палочек. — Тот самый? Ты его там к стенке припёрла и дрелью угрожала?

Вика рассмеялась, представляя себе эту картину.

— Да нет, он в итоге нормальным оказался, — тут она слегка запнулась и задумалась, — ну почти.

— Что значит почти?

Вика задумалась, что же ей рассказать из последних происшествий, но чтобы скрыть заминку, выбрала из набора и засунула в рот ролл с кусочком лосося наверху. Пока она жуёт, Маша следила за ней в ожидании, обмакивая в соус кусок рыбы из сашими уже в третий раз.