Книга Я не святая, страница 64 – Ирина Давыдова

— Не делай этого, - прошептала, едва найдя в себе силы, но с места так и не сдвинулась.

— Чего не делать, Кошечка? - совсем тихо, почти беззвучно выдохнул он, продолжая своим шепотом разгонять мурашек по моему телу, да еще склонился так, что я ощущала его горячее дыхание на щеке.

— Ты соблазняешь меня, не делай этого.

— Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен этого делать. Назови, чтобы я поверил.

— Потому что я не хочу этого.

— Чего же ты не хочешь? - тяжело дыша, переспросил он, ведя явно нечестную игру, снова рукой ласково касаясь моей шеи.

— Я тебя не хочу, - соврала, плавясь в его руках, готовая вот-вот сдаться.

— А я ведь попросил назвать такую причину, в которую бы я поверил. А то, что ты меня не хочешь, сплошная ложь.

— Действительно не хочу.

Мужская рука неожиданно крепко схватила меня за подбородок, не больно, но так, чтобы я пришла в себя, и обратила на него внимание. Его лицо было хмурым, но глаза выражали страсть и желание. Неужели он возбудился так же., как и я, но от чего? От обычных прикосновений ко мне? Это я готова плавиться только от одного взгляда, которым он меня сейчас пронзал насквозь. Его губы, полные и твердые, призывали прикоснуться, поцеловать, ощутить вкус и гладкость, а я смирно стояла, боясь пошевелиться, полностью отдаваясь во власть Романова.

— Не лги мне никогда, и я сделаю все, чтобы тебе было хорошо.

В следующую секунду, он отстранился, и, не спрашивая моего разрешения, проворными пальцами расстегнул все пуговицы на блузке. Я удивилась не столько наглости, сколько его умелости так быстро справиться с маленькими неудобными пуговицами, которые порой злили даже меня.

— Часто женщин раздеваешь, руки то натренированные, - съязвила, желая поддеть его, вместо того, чтобы возмутиться нахальному поведению.

— Пришлось в свои годы опыта поднабраться, - в тон мне ответил Арсений, и непонятно почему, в душе неприятно кольнуло. Мне нет дела до его шлюх!

— Вот и шел бы к своему опыту.

— Для тебя старался. Снимай блузку, - отойдя на полметра строго приказал мужчина, отчего мои глаза, точно стали похожи на блюдца.

— Обалдел, совсем?

— Еще пока не совсем. Снимай, говорю! Я хочу посмотреть твой ушиб, не более. Сексом заниматься мы будем в другом месте.

— Каким еще сексом?

— Дети от которого появляются.

— Зачем нам дети? - все еще ошарашено глядя на него, спросила я, но отчего стала слушаться, снимая блузку.

— Чтобы любить и воспитывать...

Арсений присел около меня, и пальцами осторожно провел вокруг синяка, снова будоража в моих венах кровь. Вроде должно быть больно или хотя бы страшно, но он творил с моим телом что-то волшебное, и мне хотелось просто наслаждаться легкими прикосновениями. Боюсь, что я долго не выдержу, если он будет продолжать вести себя так и дальше.

— Как ты себя чувствуешь? Анатолий Григорьевич сказал, что выписал тебе отличную мазь от ушибов. Ты воспользовалась ею?

— Уже несколько раз. Спасибо, она действительно помогает, по крайней мере, уже не печет. Сколько я должна тебе за визит врача?

— Именно за это будет достаточно сладкого поцелуя.

— Я имела в виду деньги, Арсений Олегович!

Романов посмотрел на меня снизу-вверх и промолчал, склонился, и его губы неожиданно коснулись ребер в нежном поцелуе, в том месте, где был лиловый синяк.