Книга В любовь не играют, страница 23 – Ирина Давыдова

ГЛАВА 8

Даша.

Казалось бы, вовсе и не признание он произнёс, а в то же время его слова “Ты моя” выбили меня из колеи. Разнесли все на моём пути, весь устойчивый мир, и задели за живое. Да, безумно хотела от него подобных слов, признаний, но не думала, что это будет так больно и так тяжело. Это страх своими маленькими щупальцами мною овладел. И я убежала, как маленький ребёнок, не в силах ни страх побороть, ни просто взглянуть в глаза Ивану. Мне пора научиться быть сильной, вне зависимости от ситуации. И то, что Иван обозвал меня трусихой, это правда, таковой я и являюсь, иначе не сбегала бы.

Конечно, у меня не было никакого важного дела, я просто тупо сбежала. Сбежала, как малолетка, подальше от проблем, где меня никто не найдёт. Взяла из гаража свой байк и помчала по северной трассе, подальше от города. Хоть немного проветрить голову, мысли. Скорость всегда мне помогала, и сейчас меня не кинет. Я должна справиться с этим, должна выбросить из головы прошлое. Ему нет там места.

Мне так давно нравится Ванечка, но из-за дурацкого липкого страха я боюсь ему довериться. Секс не в счёт, мы оба этого хотели, а вот что насчёт других отношений? Как довериться, как взять, и просто быть счастливыми?

А что, если просто отбросить все мысли и довериться чувствам. Отдаться на их волю. Да. Так и сделаю!

Я ещё недолго гоняла по трассе, а после проделала обратный путь. Уже более спокойный и умиротворенный. Мой байк плавно нес меня прямо к дому, когда я увидела возле ворот знакомую мне фигуру. Чёрт, а этот что здесь забыл?

Я остановила байк у его ног и, медленно сняв шлем, подняла глаза на Владимира.

— С чем пожаловал?

— Дарья, где же твои манеры? А «здравствуй», а поцеловать? – начал этот умник.

— Ты знаешь, Вова, – выплюнула его имя, – мой кулак отлично бы поцеловал тебя в глаз...

— Но у тебя определённо есть “но”?

— Есть! Не хочется марать руки о такое дерьмо, как ты.

Мужчина резко хватает меня за руку и шипит прямо в лицо, не отрывая взгляда от моих глаз.

— Была бы ты моей, я бы тебя наказал за такие слова.

— Да, но я никогда не буду твоей! Говори, зачем припёрся, и проваливай!

— Какая же ты сука, Золотарёва. Бедный Иван, как он тебя терпит?

— А ты за него не переживай. Повторюсь, тебе не быть на его месте.

— Ну, посмотрим. Посмотрим. Собственно, чего я приехал.

— Ну, наконец-то.

— Помнишь о гонках?

— Издеваешься? Это же в марте.

— Я не хочу, чтобы ты забыла.

— Такое не забуду. Только не понимаю, в чем твой интерес? Чего ты так переживаешь?

— А мы будем соревноваться на твой золотой байк.

— С чего вдруг?

— Он мне нравится.

— Нет. Исключено, – я собралась нажать на кнопку, чтобы открыть ворота, но Николаев меня остановил.

— На что хочешь ты?

— На желание. Если я выигрываю, ты оставляешь меня в покое, навсегда!

— А если выиграю я? – от его слов я засмеялась. Он ни разу меня не побеждал, отчего и бесился.

— Ну, мы же оба знаем, что этого не будет.

— Нет, дорогая моя, в этот раз победа будет за мной! Так что с моим призом? Нет, подожди, я сам отвечу. Ты будешь моей. – Мои глаза чуть на лоб не полезли от его желания.

— Идиот, – ответила я, развернувшись, села на байк и, отталкиваясь ногами, начала заезжать в открывающиеся ворота.

— Ничего, Ласточка, мы ещё посмотрим, кто кого, – добавил он, но я ничего не сказала в ответ.