Книга В любовь не играют, страница 49 – Ирина Давыдова

— Ласточка, что-то ты совсем приуныла. Того гляди и заноешь, – я резко вскинула голову от услышанного прозвища.

— Ласточка? Почему Ласточка?

— Ну… Ты просто такая же легкая и воздушная, как ласточка, – было мне ответом, и я не придала особого значения этому. Меня интересовал куда более важный вопрос, который может привести меня в сознание.

— У меня были брат или сестра?

— Нет. Ты была единственным ребенком в семье, – он тут же разрушил мои мечты.

— Как жаль… – я опустила голову, огорченная ответом, на что услышала.

— Ничего не жаль. Я тоже был у родителей один, и это здорово.

— Что с ними случилось?

— Разбились на машине. Неважно.

— Ты так просто об этом говоришь.

— А что, мне надо плакаться? Сесть, пореветь, как ты? Что от этого изменится?

— Ты бесчувственный…

— Да, что ты, милая? А когда велела выбросить все вещи своих родителей, ты была не бесчувственной?

— Зачем ты так? Это жестоко – вот так напоминать мне об этом. Ведь все то в прошлом. Сейчас все иначе, – говорила я, разрываясь на куски изнутри. – Главное, что сейчас я не такая, как раньше. Я не хочу быть такой.

— А ты ничего не хочешь, не заметила? – он зло смотрел на меня, и мне казалось, что он готов меня убить своим ужасающим взглядом. – Тебе все не нравится. Вставай, – он резко подошел ко мне, хватая за запястье и пересаживая на стол.

— Что ты… – он раздвинул мне ноги, хватая одной рукой за голову, второй за бедро.

— Я научу тебя, как нужно вести себя со мной, как нужно хотеть, – он стал развязывать пояс моего халата и срывать его с меня. Дальше я услышала резкий треск белья и грубый толчок во мне. – Научу не ныть из-за всяких пустяков. Я покажу, какая ты была, и какой снова должна стать.

Очередная боль, пронзившая мое тело, еще одно отвращение и всхлип унижения и беспомощности. Все, что я сейчас чувствовала, кроме боли, это ненависть и презрение к этому человеку. Мне казалось, что в меня вбивают кол, режут на операционном столе, без анестезии. Просто убивают.

Он вколачивался в меня, не щадя, словно я не человек, и вовсе не живая. Он причинял мне невыносимую боль, и ни капли не жалел. Разве могла я полюбить такого человека, как он? Могла? Господи!!! – кричала я в мыслях, на деле же просто всхлипывала, корчась и глотая воздух.

— Ты должна знать, кто я для тебя, – очередной толчок, рвущий тело, забирающий силы и прибавляющий еще больше ненависти. – Ты будешь снова той женщиной, которой была до падения. Поняла? – заорал он мне в лицо, и я увидела, как его перекосило, по всей видимости, от оргазма, а перед моим лицом все поплыло.

Ваня.

— Люди следят за домом Николаева, а Даша часто гуляет по двору. К сожалению, она не выглядит счастливой, я бы даже сказал, наоборот, – говорил Андрей, обеспокоенно поглядывая на меня.

Да, я мог в любую минуту сорваться и начать разносить весь кабинет. Мы чертов месяц искали причину поведения этого придурка. И только сейчас выяснили, что дело лишь в самой обычной мести и в золотом байке Даши. Этот урод просто хотел нам насолить, не имея мотивов.

— Андрей, мне по*еру, что она гуляет по двору. Мне нужно, чтобы она вышла за пределы, где я могу ее перехватить и забрать к себе. Понимаешь?

— Я-то понимаю, но и ты не забывай, у Даши амнезия. Ты можешь ее напугать!