Книга Ты будешь моей, страница 124 – Ирина Давыдова

Тетя Катя убрала свою чашку в раковину, а я присела на ее место, как раз напротив мужчины.

— Спасибо вам еще раз, — начала я, но Захар тут же оборвал меня на полуслове.

— Прекрати мне выкать. В конце концов у нас общий ребенок. И благодарить меня тоже не за что. Я не принимал участие в жизни ребенка три года. Ты даже не представляешь как я рад обрести сразу двоих родных и дорогих мне людей.

— Ты не обижайся на меня, что я так без распростертых объятий. Ты хотя бы все помнишь, а я… ничего не знаю.

Сделала глоток чая под пристальным мужским взглядом. Ну вот зачем он так смотрит на меня? Мне и так неловко, а он еще и сканирует меня.

— Юлька…

Захар поднялся и обойдя стол, присел возле моих ног.

У меня дыхание сперло, но я старалась этого не показывать. Волнительно было, и непривычно. Он положил руки на мои колени и захватил в свой плен пальцы. Осторожно поглаживал их, а смотрел в мои глаза.

В его взгляде читалась боль. И я понимала Захара, ведь ему было очень сложно сейчас. Четыре года ожиданий, и вот она я, знакомая ему девушка. Его жена, которая родила ему сына, а он даже не знал об этом.

— Я каждый день верил, что мы еще увидимся. Невозможно было жить без тебя. Иногда просто хотелось со скалы сорваться. Но лишь вера не позволила умереть…

— Когда я поняла, что ничего не помню мне тоже хотелось умереть. Я даже Наташе говорила об этом. Мне казалось, что лучше всего было бы, если бы я умерла. Но когда я узнала о беременности, поняла, что у меня даже в такой ситуации есть смысл жизни. Только все это время я все равно чувствовала себя одинокой, хотя друзья всегда поддерживали меня. Но жить без памяти это как… смотреть на белый снег в пасмурный день, и ничего не видеть кроме цвета. Но как я уже говорила — мой чистый лист, он мрачный. Совсем не белый.

— Ты абсолютно ничего не помнишь? Даже то, что произошло в тот день?

Я медленно покачала головой, и на миг прикрыла глаза.

— Только как очнулась от боли… и все. Захар, — я посмотрела в его глаза, и решительно произнесла, — а расскажешь мне, как мы познакомились? Какие у нас отношения были? Возможно фото есть?

— Расскажу, обязательно расскажу. Юлька, нам нужно решить, что делать дальше. Я больше не хочу быть без тебя. И твою маму обманывать я тоже не могу. Она и так, наверное, обиделась на меня, ведь я сегодня не приехал на вечер памяти.

— Я хочу увидеть маму. Это так ужасно не знать, как выглядит твоя мама.

— А хочешь я привезу ее завтра сюда? Гордею пока не нужно никуда ехать, пусть выздоравливает.

— Ты правда, можешь привезти маму? — я не верила в услышанное, а потому переспросила, чтобы не надумать себе то, чего может и не быть.

— Безусловно. Я правда боюсь представить себе, как она отреагирует. Но будь уверена, она тоже ждет тебя.

— Машенька, там Гордеюшка проснулся. Он по-прежнему горячий, — произнесла взволнованным голосом тетя Катя, и мы с Захаром тут же рванули комнату.

У меня сердце кровью обливалась, зная как сейчас плохо моему сыну. И то, что температура не начала падать доводило меня до безумства.

Я припала губами ко лбу сына, и едва не простонала от досады.

Ну вот за что ему такие мучения?

— Юль, ты пока что дай ему еще сиропа, если это конечно можно, а я сейчас звонок сделаю.

Я кивнула, неотрывно глядя на сына, но с места не сдвинулась.