Книга Чудо, страница 42 – Ирина Давыдова

Всю дорогу до дома, он бережно обнимал девушку, плечи которой до сих пор подрагивали, и он все это время в случившемся корил только себя. Если бы он внимательнее отнесся к тому, куда Лисицын девает деньги, то, возможно, ничего этого не произошло бы. Скорее камеры напугали бы Захара, и он вряд ли бы сунулся в дом, по крайней мере, днем. Хотя, теперь роли не играло, в какое время суток, даже явись он ночью, девочку все равно бы забрал, ибо ему ничего не стоило припугнуть хрупкую беззащитную женщину ножом.

— Дима, почему он нам не звонит? Почему? - стоило им войти в дом, тут же спросила Юля, сглатывая снова подступившие слезы.

Она не требовала ответа, так как знала - его не будет, и не потому, что Дима не хочет отвечать, а потому, что ответа просто нет. Никто не знал, что на уме у этого ненормального! Жестокого человека, который посмел выкрасть ребенка. Было ясно одно, что разум его точно не в порядке, ибо нормальный человек так не поступит, нормальный человек никогда не обидит женщину или ребенка, что не помешало совершить такое самому Захару.

— Почему он не звонит? - снова захныкала Юля и осела на пол прямо в центре гостиной. - Она же наша девочка, зачем он ее забрал, зачем? - практически закричала, ударяя кулаком по мягкому ковру, создавая глухие звуки. Знала, зачем, и все равно спрашивала.

— Юленька, милая моя, - начала, было, Виктория, желая успокоить подругу, но жестом была остановлена Дмитрием. Мужчина приложил указательный палец к губам, призывая ту молчать, и, взяв ее за локоть, повел в сторону кухни.

— Приготовь всем кофе, пожалуйста, - попросил он и, не дожидаясь ответа, тут же вернулся в гостиную.

Быстрым шагом подойдя к Юленьке, Жаров поднял ее на руки и переложил на диван, укутывая ее в лежащий рядом плед. Девушку знобило, несмотря на то, что в доме было тепло, и объяснялось это тем, что целый день она только и делала, что плакала. Конечно, нервная система будет нарушена, ведь девушка переживала не просто так, а за любимого человечка.

Почувствовав крепкие и заботливые объятия, тихо вздохнула и, наконец-то, через пару минут, хоть и не перестала переживать, но дрожь в ее теле исчезла.

Теперь телу было тепло, да вот только душа ее растоптана. Все внутри изнывало, все разрывалось на части, едва давая возможность дышать. Казалось, мир потерял краски, и все, что происходило вокруг, было серым и тусклым. Все было неважным и глупым без ее девочки, без крошечной малышки, так крепко нуждающейся в ней, в этой заботливой и любящей «мамочке». Юлия не представляла, как себя сейчас чувствует Зоя, не знала, спит ли она,и главное - не голодная ли? А еще она не догадывалась, что именно об этом переживает и Дмитрий. Они оба волновались, буквально истерзали себе душу от незнания, что происходит с ребенком. Зоя, Зоенька, маленькая беззащитная девочка, совсем малышка, которую нужно прикладывать к материнской груди, и которую лишили этой возможности. Чудо, которое должно жить в любви и ласке - находится на грани жизни и смерти. И как хорошо, что малышка еще ничего не понимает, и дай Бог, чтобы в будущем она об этом не вспоминала. А то, что у нее есть будущее, Никольская ни секунды не сомневалась, она даже глупые мысли старалась гнать прочь, ведь всем сердцем верила в ее спасение.