Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 10 – Лиза Мирель, Алекс Холод

И вдруг он убрал пальцы, облизал их, посмотрел прямо мне в глаза. Его член стоял твёрдо и ждал. Он прижался головкой к моему входу и медленно, с нарастающим нажимом, вошёл внутрь. Влагалище растянулось, приняв всю его толщину, я закричала от смеси боли и удовольствия, вцепившись пальцами в край стола.

Я держалась одной рукой за стол, другой – за его затылок, притягивая его ближе. Наши глаза встретились: его – горящие и властные, мои – затуманенные от наслаждения. Каждый толчок был глубоким и тяжёлым, член входил до самого дна, а затем выходил почти полностью, оставляя во мне пустоту, и снова заполнял, заставляя тело содрогаться.

Его движения становились быстрее, резче. Я чувствовала, как внутренние стенки сжимаются и отпускают, цепляются за его член, будто пытаясь удержать его в себе. Каждое новое проникновение отзывалось внизу живота электрическим разрядом, а клитор горел от того, что его лобковая кость снова и снова ударялась о меня.

— Мария… — выдохнул он, прижимаясь лбом к моему.

Я застонала громче, тело уже не слушалось. Внутри всё сжималось, пульсировало, и вдруг волна захлестнула. Я выгнулась всем телом, ногти вонзились в его плечи, а влагалище задрожало в судорожных сокращениях, плотно обхватывая его ствол. Оргазм вырвал меня из реальности, и я задыхалась, крича в его губы.

Он почувствовал, как я конвульсивно сжимаю его внутри, и в ответ начал двигаться ещё сильнее, почти зверски, вбиваясь до конца, пока я содрогалась на столе. Его стон слился с моим, дыхание сбивалось, и я видела в его глазах ту же готовность сорваться.

В какой-то миг мой взгляд скользнул в сторону – и я увидела на краю стола фотографию в рамке. На снимке была женщина с мягкой улыбкой и маленький мальчик лет четырёх, прижавшийся к ней. Жена и сын Максима Владимировича. Сердце неприятно кольнуло: будто чужие глаза смотрели на меня. Не выдержав, я протянула руку и перевернула рамку лицом вниз. Мне не хотелось, чтобы эта фотография прожигала меня изнутри, пока я стону у него на столе.

— Мария… — его голос сорвался на хрип. — Я сейчас кончу…

Я почувствовала, как его член стал ещё твёрже, как внутри меня будто распухло от напряжения. Горячие капли спермы уже начали просачиваться, и я вздрогнула, осознавая, что он вот-вот взорвётся. Его движения стали бешеными, он ускорялся всё сильнее, хватал меня за бёдра, вбиваясь до самого конца.

— А-ах… — он застонал так, что это больше походило на рык, и резко толкнул меня рукой в грудь.

Я упала на спину прямо на холодную поверхность стола, грудь вздымалась в такт тяжёлому дыханию. В следующую секунду он выдернул член из моего влагалища и обхватил его ладонью. Несколько быстрых движений – и мощные струи горячей спермы хлынули на мой живот, разбрызгиваясь по коже.

Тёплая, густая жидкость стекала вниз, к пупку, к бёдрам. Я лежала, задыхаясь, наблюдая, как он, стиснув зубы, дёргается в последних толчках, а его семя продолжает покрывать мой живот липким слоем.

Максим Владимирович тяжело выдохнул и облокотился руками о стол по обе стороны от меня, всё ещё нависая. Его грудь ходила ходуном, а глаза – налитые огнём – смотрели прямо в мои, будто он сам до конца не верил, что это произошло.

Он тяжело перевёл дыхание, выпрямился и, словно снова натягивая на себя маску строгого руководителя, потянулся к полке. Достал пачку салфеток, вытащил несколько и протянул мне.