Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 15 – Лиза Мирель, Алекс Холод

Рита остановилась и посмотрела на меня с искренним недоумением:

— Почему нет-то? Ты хотела бы, чтобы он после того, как всю игру отсидел на скамейке запасных, теперь ещё и смотрел, как мой сын в одиночку ест мороженое?

Сердце сжалось от благодарности к подруге, которая даже в такой ситуации думала о чувствах моего ребёнка:

— Рит, спасибо, ты лучшая подруга. Когда вернусь домой, обязательно переведу тебе деньги.

— Да ладно, из-за этих копеек не обеднею, — махнула рукой Рита. — И если когда-то понадобится твоя помощь, ты же так же безвозмездно поможешь мне?

— Рит, конечно! Ещё спрашиваешь, — заверила я, чувствуя прилив тепла к этой женщине, которая, несмотря на всё, оставалась моей подругой.

— Ну вот и прекрасно.

Мы шли по длинному коридору мимо бесконечной череды раздевалок. Я невольно подумала: зачем их настроили так много? Наконец мы остановились у одной двери, на которой красовалась табличка: «Раздевалка тренера».

— Рита, ты уверена, что он здесь? — прошептала я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Да, — коротко ответила она.

— А может, он уже ушёл? — в моём голосе слышались отчаянные нотки надежды.

Рита посмотрела на меня с лёгкой усмешкой:

— Как он мог уйти, если мы после каждой игры встречались у этой раздевалки, и он драл меня?

Я только покачала головой, поражённая её откровенностью, повернулась к двери и потянулась к ручке. Но рука застыла на полпути, и я отшатнулась назад, словно дверь была раскалена докрасна.

— Рит, я не могу, — выдохнула я, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха и отвращения к самой себе.

Рита взяла мои дрожащие руки в свои тёплые ладони:

— Катя, можешь. Ты всё можешь. Не думай, что это измена. Думай, что это помощь своему любимому сыну, который так мечтает играть в футбол, но не может. А ты можешь это исправить.

Я закрыла глаза, пытаясь найти в себе силы, представить счастливое лицо Артёма на поле…

— Нет, Рита, — покачала я головой из стороны в сторону. — Я не могу… не могу…

Но Рита уже постучала в дверь – три коротких, уверенных удара – и дёрнула за ручку. Дверь легко поддалась и открылась с тихим скрипом.

Я посмотрела на подругу, не зная, как реагировать на такую… подставу? Предательство? Или помощь? Я не ожидала от неё подобного поступка.

А она наклонилась ко мне и шепнула почти нежно:

— Подруга, ты потом меня поблагодаришь.

Я зашла в раздевалку, и мой взгляд сразу упал на Сергея Петровича, который стоял у своего стола с кружкой чая в руках. На нём было лишь полотенце, обёрнутое вокруг бёдер, и капли пота ещё блестели на загорелых плечах после душа.

— Здравствуйте, Сергей Петрович, — произнесла я, стараясь держать голос ровно, несмотря на бешено колотящееся сердце.

Он поднял на меня взгляд, явно не ожидая меня увидеть. В его глазах мелькнуло удивление, смешанное с какой-то настороженностью:

— Екатерина? А где Маргарита?

— А вы её ждали? — невольно вырвался у меня вопрос.

Он откашлялся, явно смутившись:

— Нет. — И сразу перевёл тему: — Зачем вы меня называете по имени и отчеству? Я же вас лет на десять младше. Это я вас должен так называть. Ладно… Зачем пожаловали сюда?

Я покачала головой и подошла ближе, чувствуя, как каждый шаг даётся с огромным трудом:

— Я хотела… поговорить об игре моего сына.