Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 36 – Лиза Мирель, Алекс Холод

— Нет денег? — он перебил меня, и его лицо мгновенно стало жёстким. — Ну конечно! Всегда так! Именно поэтому я беру полную предоплату. Но для вас, по просьбе Оксаны, сделал исключение. И вот результат.

— Деньги есть… то есть будут, — я путалась в словах, инстинктивно прикрыв грудь руками. — Я приеду домой, решу вопрос и сразу переведу, клянусь!

— Нет, София, — он покачал головой. — Так это не работает. Либо платите сейчас, либо пусть кто-то из ваших знакомых привезёт деньги или переведёт по реквизитам.

— У меня нет таких знакомых, — прошептала я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

— Тогда я вызываю полицию, — Андрей достал телефон. — Мошенничество, невыполнение договорных обязательств. Мне надоело попадать в такие ситуации.

— Подождите! Пожалуйста, не надо! — паника захлестнула меня. — Я… я…

Слова вырвались раньше, чем я успела подумать:

— Я отсосу вам.

Тишина упала между нами как топор палача. Я не могла поверить, что произнесла это. Стояла перед ним абсолютно голая и только что предложила расплатиться своим телом. Андрей замер с телефоном в руке, глядя на меня расширенными глазами – его взгляд скользнул по моей обнажённой груди, животу, ниже…

Сердце колотилось так громко, что, казалось, он должен был услышать. Щёки пылали от унижения. Но что ещё я могла предложить?

Мы стояли, не двигаясь. Тишина между нами была плотной, почти физической – как та пауза перед первым мазком кисти по холсту, когда рука замирает в воздухе, а всё тело напряжено в ожидании. Я не говорила ничего. Он тоже молчал. Только смотрел – внимательно, с той жадной сосредоточенностью, с какой смотрят на что-то запретное, что вот-вот исчезнет, если моргнуть.

Свет старой лампы падал на моё обнажённое тело сверху, высвечивая каждую линию, каждый изгиб, превращая меня в живую композицию светотени. Я чувствовала себя одновременно скульптурой и её создателем – будто я сама выставила себя на этот пьедестал, сама выбрала угол освещения, сама решила, что именно он увидит. Творец и творение в одном лице. Абсурд, граничащий с искусством.

Ему же, похоже, идея понравилась: в его лице не было ни страха, ни гнева, ни даже изумления, а только что-то волчье, хищное и немного жадное. Он не двинулся, не отстранил меня, не стал звонить в полицию, просто смотрел так, будто впервые видит настоящую женщину – не модель, а существо из плоти и эмоций.

Я сделала шаг вперёд. Потом ещё один. Холодный пол под босыми ступнями отрезвлял, но не останавливал. Каждое движение казалось мне отдельной сценой в немом фильме – где нет слов, только жесты, только взгляды, только ритм дыхания, который ускоряется с каждым шагом. Я двигалась медленно, как будто шла по натянутому канату над пропастью, где малейшая неловкость – и всё рухнет.

Я протянула руку и забрала у него телефон. Он отдал его без сопротивления – пальцы разжались сами собой, будто он и не думал держать.

Я опустилась на колени, положив его телефон на пол. Подняла голову – его глаза смотрели на меня с осторожным предвкушением, как будто он всё ещё не до конца верил в происходящее. Я медленно потянулась к его ремню, ловко расстегнула его, затем, не торопясь, добралась и до пуговицы с молнией. Брюки соскользнули вниз. За тонкой тканью трусов уже проступал силуэт стоящего члена – не знаю, когда он успел возбудиться: сейчас, когда я произнесла свою дерзкую фразу, или ещё тогда, когда он разглядывал меня сквозь объектив.