Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 44 – Лиза Мирель, Алекс Холод

Эмиль старался, дышал прерывисто, его стон становился всё хриплее, он шлёпал меня по ягодицам ладонью, сам не веря, что позволяет себе быть таким смелым. Я ощущала, как в нём просыпается хищник, хотя ещё минуту назад он был застенчивым мальчиком.

Моя пьяная голова моталась из стороны в сторону, губы были приоткрыты, в глазах всё плыло, но тело знало, чего хочет – ещё, глубже, сильнее. С каждой секундой напряжение внутри росло, нарастало, заставляя меня стонать всё громче, почти кричать его имя.

Он начал тянуться руками к моей груди, сначала неуверенно, будто боясь переборщить. Его ладони смяли мою грудь сквозь тонкую ткань платья, жадно, с какой-то подростковой неуклюжестью. Я чувствовала, как его пальцы жадно мнут мои соски, отчего по телу пробегала волна ещё большей дрожи. Потом он резким движением потянул платье вниз – ткань сбилась на животе, обнажая голую грудь, ведь я даже не надела лифчика. Эмиль обеими ладонями вцепился в мою грудь, перебирая, сжимая так, будто никогда не трогал ничего подобного.

Он продолжал трахать меня в этой позе, дыхание его становилось всё чаще, а движения резче. Я чувствовала, как пьяное тело ещё сильнее расслабляется, как грудь становится гиперчувствительной, соски затвердели и подрагивали под его грубыми, жадными ладонями. В голове стоял туман, всё плыло, будто я смотрела на себя со стороны.

И вдруг он вышел из меня, тяжело дыша. Я застонала, недовольно мотнув головой, чуть не рухнула на локти.

— Всё? Получил, что хотел? Мы квиты? — выдавила я, заплетаясь на последних словах, но не убирая руку между ног.

Эмиль, вытирая лоб, покачал головой:

— Нет. Я хочу оттрахать вас, видя ваше лицо.

Я невольно улыбнулась – кто бы мог подумать, что у этого тихого мальчишки столько наглости. Я, с трудом ворочая ногами, перевернулась на спину прямо на диване. Платье осталось скомканным под бёдрами, грудь была полностью обнажена, а волосы разбросаны по подушке. Я смотрела на Эмиля снизу, через мутную пелену, чувствуя только дикое возбуждение и слабость в руках.

Он опустился между моих разведённых ног, подался вперёд, снова взял в руку свой член, чуть провёл им по моим половым губам – скользко, горячо, и тут же вошёл в меня. Он начал двигаться медленно, вдавливаясь глубже, заполняя меня, будто хотел оставить внутри всё своё желание. Его руки легли на мою грудь, жадно, с силой сминая её, пальцы то гладили, то сжимали соски, иногда наклонялся и хватал их губами, посасывая, чуть прикусывая.

Мои ноги сами собой обвились вокруг его талии – я ловила его бедра, пыталась притянуть ещё ближе. Дыхание стало прерывистым, я стонала, совсем не заботясь, кто нас может услышать. Его движения постепенно ускорялись, становились ритмичнее, каждый толчок отдавался по всему телу, заставляя меня выгибаться, сжимать его плечи, царапать спину. Я чувствовала, как он тяжело дышит, смотрит мне в лицо, изучает каждую гримасу, каждое движение губ, а мозг всё больше утопал в пьяном, мутном восторге.

В какой-то момент он потянулся ко мне – не к шее, не к груди, а к губам. Его поцелуй был неуклюжим, горячим, сбивчивым, со смесью юношеской неловкости и жадного желания. Я не планировала отвечать, но пьянство всё решило за меня: я ответила, впилась в его губы, позволив языкам встретиться. Моё дыхание сбилось, тело дрожало – всё происходило будто в дурмане.