Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 58 – Лиза Мирель, Алекс Холод

Я посмотрела на неё – всю такую страдающую, сломленную, отчаявшуюся. Моя гордая, сильная старшая сестра стояла передо мной на коленях и молила о помощи. Сердце моё разрывалось от жалости и любви к ней.

— Ладно, — выдохнула я, сама не веря в то, что говорю. — Но ты должна будешь мне за это. По гроб жизни.

Марина подняла на меня глаза, полные слёз и благодарности, и крепко обняла мои колени.

Я поднималась на четвёртый этаж по знакомой с детства лестнице, где находилась квартира Марины и Коли. Каждая ступенька отдавалась эхом от моих туфель на шпильках, а сердце билось так громко, что, казалось, слышно было на всех этажах. Я сделала всё в точности так, как велела сестра: под платьем – красные кружевные стринги с высоким вырезом на бёдрах, никакого лифчика. Фиолетовые оперные перчатки с мерцающими блёстками доходили почти до локтей, придавая образу театральную роскошь. Красное корсетное вечернее платье, усыпанное пайетками, облегало фигуру как вторая кожа, а высокий разрез открывал ногу почти до бедра при каждом шаге. Фиолетовые туфли на головокружительной шпильке, полностью покрытые блёстками, отражали свет ламп в подъезде тысячами искр. Макияж я сделала вечерний: тёмные дымчатые тени, алая помада, идеально выровненный тон кожи. Не помню, когда в последний раз так наряжалась.

Поднимаясь всё выше, я как мантру повторяла инструкции Марины, проговаривая их себе вполголоса: «Всё время улыбаться, флиртовать, смотреть в глаза, касаться как бы невзначай. Туфли ни в коем случае не снимать – это его слабость. Камеры установлены только в спальне, больше нигде».

Добравшись до нужной квартиры, я остановилась перед дверью, поправила платье, провела языком по губам, придавая им блеск, и нажала на звонок, тут же натянув на лицо самую ослепительную, самую соблазнительную улыбку, какую только могла изобразить. Несколько секунд тянулись как вечность, потом послышались шаркающие шаги.

Дверь распахнулась, и передо мной предстал Коля – сорокапятилетний мужчина с внушительным пивным животом, облачённый в белую майку-алкоголичку, семейные трусы в полоску и домашние тапочки. Редеющие волосы были всклокочены, на щеке отпечаталась складка от подушки – видимо, дремал перед телевизором. Несмотря на эту малоприятную картину, я продолжала лучезарно улыбаться, изображая восторг от встречи.

Его глаза мгновенно расширились, челюсть слегка отвисла. Взгляд жадно заскользил по моему телу – от шикарных ног в блестящих туфлях, вверх по бедру, выглядывающему из разреза, по талии, затянутой в корсет, задержался на декольте и наконец добрался до лица. В его глазах читалось неприкрытое вожделение – он будто уже мысленно раздевал меня, представляя голой в своей постели.

— Привет, — промурлыкала я, чуть наклонив голову и позволив волосам соблазнительно упасть на плечо.

Коля несколько раз моргнул, словно пытаясь убедиться, что это не сон, и наконец выдавил из себя:

— Привет, Света. А ты… почему такая нарядная? Свадьба какая-то или…?

Я радостно рассмеялась, запрокинув голову так, чтобы он мог полюбоваться моей шеей.

— Получила повышение на работе! — я подняла бутылку шампанского, которую держала в руке, покачивая ею как трофеем. — Пришла к вам отпраздновать. Марина дома?