Книга Проданная страсть. Эротические рассказы о сделках и желаниях, страница 91 – Лиза Мирель, Алекс Холод

— Ну, всё равно, — Ира снова вернулась к своей мысли, — поучаствовать можно. Пятьсот тысяч сразу получите, а там ещё шанс на полтора миллиона.

Я сжала губы и посмотрела на Арсения:

— Зайка, а как вообще получилось, что нас позвали? Я же никаких заявок не подавала, фото не отправляла. Я читала, что участников формируют до четверга. И даже берут две запасные пары – мало ли что.

Арсений улыбнулся виноватой улыбкой:

— Вот как раз с двумя основными парами что-то случилось. А одна запасная пара вообще улетела на другой конец света – сразу после того, как узнали, что в основу не попали. Не ожидали, что могут пригодиться. И Петя мне сразу позвонил. Я ему один раз показывал твоё фото – ну, просто так. Он запомнил. А сегодня я отправил ему… твои более откровенные снимки, и ты как раз подходишь под параметры для завтрашнего эфира. Я уже согласился, так что ты не можешь отказаться, — он улыбнулся шире, — потому что если и мы откажемся – подведём всё шоу.

— Тебе бы лишь мне изменить! — прошептала я.

— Да никто тебе никогда не изменял! — он тут же стал серьёзным. — Я же тебя люблю, ты знаешь это! И в тебе тоже побудут три незнакомых парня, так что и ты, получается, теоретически тоже изменишь. С тремя сразу. И деньги нам правда нужны – ипотеку надо закрывать.

Ира снова повернулась ко мне:

— Окси, ну ты чего? Я бы сразу согласилась за такие деньги. — Она протянула руку через стол, коснулась моих холодных пальцев. — Это просто шоу. Всего час. Один час позора – и вся жизнь впереди, свободная. Свободная, Окси. Подумай.

Я молчала, глядя в чашку. Внутри всё сжалось в тугой узел. Два миллиона. Ипотека. Арсений, который уже согласился. Ира, которая смотрит на меня так, будто я дура, если откажусь.

И этот холодный ужас внутри, который шептал: «Оксана, это неправильно. Это неправильно».

— Окей, — выдавила я наконец.

Я застыла посреди огромной студии, ощущая на себе невидимые взгляды сотен глаз. Зрительские ряды были заполнены до последнего места – сплошная стена лиц, жаждущих зрелища. Свет софитов бил в глаза, превращая всё вокруг в размытое марево ярких пятен и теней. Сердце колотилось где-то в горле, каждый удар отдавался в висках.

— Пройдёмте, — девушка-куратор легко коснулась моего локтя, и я послушно двинулась за ней.

Она была молода, лет двадцати пяти, с гладко зачёсанными в тугой хвост волосами и безупречным макияжем. На лице – профессиональная полуулыбка, в глазах – ни капли эмоций. Для неё это была просто работа. Очередной эфир. Очередные участницы.

Мы оказались в небольшой кабинке. Здесь уже находились три девушки – все примерно моего роста, все с похожими фигурами. Одна стояла у стены, нервно теребя край футболки. Другая сидела на стуле, уткнувшись в телефон – но я видела, как дрожат её руки. Третья просто смотрела в одну точку.

Никто не разговаривал. Мы избегали смотреть друг другу в глаза. Это было понятно – мы соперницы. На кону полтора миллиона рублей. Зачем притворяться подругами?

Я невольно скользнула взглядом по кабинке, пытаясь отвлечься. Вдоль одной стены тянулась длинная конструкция с четырьмя отверстиями – круглыми, обитыми мягким материалом. Для ягодиц. Чуть выше, на уровне груди, ещё восемь отверстий поменьше – для рук парней. Каждая секция была отгорожена высокими перегородками с обеих сторон, создавая что-то вроде отдельных кабинок. Видимо, чтобы мы не видели друг друга.