Книга Бесит в тебе, страница 49 – Ана Сакру

— Вань, нет, — только и качала я головой, улыбаясь.

Потом он стал напрашиваться делать курсовую у меня дома, чем вызвал у меня истерический смех, стоило представить шок Домны Маркеловны при виде двухметрового нахального Чижова в нашем крохотном коридоре.

После этого Ваня стал склонять меня на кафе.

— Вань, сколько нужно проторчать в кафе, чтобы написать целую курсовую? — смеялась я.

— Сколько надо, столько и будем торчать, вот как раз каждый день после универа, — расплывался в обаятельнешей улыбке Чижов.

— Вань, нет. Я не пойду с тобой в кафе, — устало вздыхала на это я.

— Ок, не кафе, ну давай тогда уж в библиотеку? — и скривился от одного слова. Видимо, чтобы я прочувствовала, на какие жертвы он ради меня готов.

Я снова рассмеялась, очень сочувствуя Ваниным страданиям по поводу возможного посещения библиотеки, но нет!

— Так давай хоть в твою приходскую школу тогда, или куда ты там ходишь? — Чижов уже начал заводиться, хотя надо было просто оставить меня в покое, — Надеюсь там-то ты наконец не будешь бояться, что я к тебе пристану?!

"Ох, Вань, я себя боюсь, а не тебя, кучерявое ты мое искушение. От беса точно…" — подумала я тогда и отрицательно мотнула головой, отвергая и это предложение.

— Нет, Вань, никуда я с тобой не пойду, — с сожалением пробормотала, — Лучше пришли, что у тебя есть на данный момент. И я все сделаю, хорошо?

А Чижов взял и обиделся. Прислал мне ту курсовую, за которую его Бессонов сослал на кафедру, хотя я знала, что у него уже есть другой, наполовину сделанный новый вариант. Но это он так характер показал. Попросила — получай.

Я тоже показала характер. И сделала ему все сама. Вот вчера выслала. А он даже спасибо не сказал!

Хотя мог бы. Там хорошая курсовая!

Но вместо примирения мы сидим вдвоем в звенящей гневом и нервным возбуждением тишине, и хочется под землю провалиться.

Или заговорить. И даже чуть-чуть посмеяться. С Ванькой смеяться вообще легко, так и тянет счастливо хохотать от одной его нахальной улыбки и горящих черных глаз.

Но я не могу первая заговорить с ним, потому что это будет приглашением к общению с моей стороны.

А я твердо решила держать максимально возможную дистанцию с Чижовым, потому что просто дистанцию с ним никак не получается. Он ее мгновенно до полного отсутствия сокращает. Вот точно что "руку протянешь — по локоть оттяпает".

— Лиза, пойдешь на нашу игру сегодня? — невпопад через пару минут глухо спрашивает Ваня, продолжая смотреть строго в свой монитор.

— Нет, Вань, — вздохнув, качаю головой.

— Нет, Вань, — ядовито передразнивает.

Фыркаю от смеха. Ну а на что обижаться, если это и правда самый частый ответ, который он слышит от меня. Заслужила.

Ваня тоже улыбается сидит, услышав, что я засмеялась.

— Почему? Приходи, Лиз. Мне будет приятно, — уже по-доброму говорит.

Сглатываю. Щеки горят от искренних, просительных ноток в его низком голосе.

— Почему нет? Из-за Марка? — хмурится, — Он к тебе и на метр теперь не подойдет, не парься, — давит дальше Чижов, как делает всегда, когда чувствует мою слабину.

— Нет, у меня дела, извини, — помедлив, вру.

— Ну да. Ясно, — с сарказмом хмыкает. Не поверил.

Замолкает, оставляя мне смутное сковывающее чувство вины, что отказываю даже в такой мелочи.

Только для меня это совсем не мелочь. И не из-за Линчука я против. Марк действительно всю эту неделю делает вид, что я стала бесплотным духом, и меня это полностью устраивает. Чувствуя Ванькину защиту, я Марка сейчас не боюсь.