Книга Слишком близко к тебе, страница 67 – Ана Сакру

В общем день обещает быть так себе, и мысленно я уже цепляюсь за семь вечера, когда заберу Малинку с ее занятий, и мы вдвоем поедем домой.

Я не знаю как так случилось, что на данный момент мне кажется это самым желанным и светлым, что со мной в принципе может произойти. Наверно только мысль обыграть команду МГУ через три недели на первом матче этого сезона вызывает похожие эмоции – приятной дрожи и предвкушения.

На пару я в итоге опаздываю. Извинившись, быстро сажусь на ближайшее свободное место. И, когда препод перестает сверлить меня неодобрительным взглядом, и возвращается к унылому чтении лекции, достаю телефон и пишу в общий чат, что в пятницу у меня дома будет вечеринка.

Половина аудитории мгновенно взбудоражено оживает, шурша и печатая. Сообщения сыпятся как из рога изобилия. Препод устает показательно кашлять, пытаясь восстановить сонный порядок. Я держу телефон под столом, отвечая на организационные вопросы и периодически поднимая честный взгляд к доске, испещренной записями.

И резко вздрагиваю, чуть не выронив мобильник, когда ко мне шепотом обращается Янка Чемезова, потому что совершенно пропускаю момент, когда именно она подсела.

— Привет, а что за вечеринка? – воркует она, нервным кокетливым жестом накручивая локон на палец.

Кошусь на преподавателя, раздраженно поджимая губы. Он конечно унылый зануда, и зачет у него автоматом, но, если сейчас выставит за дверь, придется эту тему отрабатывать… Будто больше заняться нечем.

— Ян, ты бы хоть чуть-чуть отсела, а, – бурчу шепотом.

— Да забей, он не смотрит, – фыркает беспечно, но немного отодвигается, переставая топить меня в облаке своих духов.

— У дочки новой бабы отца днюха. Вот заодно…– выждав, отвечаю ей рассеянно, печатая в чате.

— Оу, это та первачка, на которую ты поспорил? – спрашивает как-то уж слишком возбужденно.

И мне это не нравится. Вообще ничего не нравится – ни то, что она об этом знает, ни то, что об этом говорит. Вскидываю на Чемезову предупреждающий взгляд.

— Ты бы поменьше об этом вспоминала, – холодно отрезаю.

— А что? Уже выиграл? – невинно улыбается, – Или наоборот? Проиграл? Хотя вы же вроде бы на месяц спорили…

— Ян, – сжимаю челюсти, подаваясь к ней, и шепчу прямо в лицо, – Не твое дело… Ты меня поняла?

— Пф, без проблем, Караев, что ты завелся сразу?! – обиженно закусывает губы.

Отклоняюсь от нее, снова отвлекаясь на телефон.

— Ну меня то приглашаешь или как? – спрашивает Чемезова после повисшей паузы.

— Конечно, ты же в чате.

— Ок.

После пар обедаю с Гордеем в пабе около универа и еду к матери. Можно было бы сразу к ней, но у меня интуиция вопит о том, что у нее сегодня не лучшее настроение и шансы, что помойными ведрами для своих претензий она выберет именно мои уши, очень велики.

Тем более сестры скорее всего еще в школе, если не на самих уроках, то на той куче доп занятий, на которые они ходят, так что ничто не помешает маме качественно наедине со мной пострадать.

В последнее время она делает это все реже, но роспись отца завтра утром с Викторией – слишком жирный повод.

Я бы вообще не ехал к ней сегодня, но, во-первых, уже пообещал, а во-вторых у меня потом тренировки каждый день до самых выходных, а по вечерам…По вечерам Малинка.

Звоню в домофон и, пока дожидаюсь, что меня впустят, лихорадочно наскребаю в себе побольше дзена. Выходит плохо…