Книга Твой синхронин — мой, страница 102 – Елизавета Усова

— Хочу проводить так каждый год. И чтобы зима никогда не заканчивалась.

— Тогда ты никогда не сможешь искупаться в море в человеческом обличии. И не поговоришь с родителями.

— С ними я могу и не плавая поговорить. А что, если, когда я зайду в море, я обернусь обратно русалкой?

Элиан повернул её голову за подбородок и молча посмотрел в глаза.

— Что?

— А что, если так и будет? — в его тихом голосе слышалось волнение.

— Я просто пошутила, — ответила она мягким тоном, стараясь его успокоить.

— Но мы ведь не знаем, что случится, когда ты снова окажешься в море.

— Я уже была в нём, когда обернулась. И ничего со мной не было.

— Ты всего лишь стала человеком.

— Да. И только-то, — засмеялась она.

Спина заболела, и Леора выпрямилась, надавливая на Элиана, вынуждая его откинуться назад и упереться спиной о диван. Она затылком легла на его грудь.

— У нас будет ещё много таких зим. Где мы с тобой сидим у огня, читаем книги и пьём горячие напитки.

— А мне нравятся все сезоны. Особенно в этом году, — Элиан поцеловал Леору в макушку.

— Но зима всё равно лучше.

Огонь быстро согревал, и Леора сбросила с себя плед, оставляя его Элиану. Он посмотрел на то, как красиво окутывает тёплый свет пламени её ноги. На ступни были надеты тёплые носки, а выше, не укрытые пледом и пижамными шортами, стройные икры и бёдра. Он скользил по ним взглядом, желая провести по ним рукой и ощутить, как их нагрел огонь. Перед глазами нарисовалась картина, как она закидывала ноги ему на плечи, как они поступательно натирали шею, как он целовал нежную кожу.

— Мне становится жарко, — Элиан приподнялся и быстро снял футболку через голову, а затем опустился назад, притягивая к себе Леору.

Его ладони легли на её руки. Едва касаясь кожи, он вырисовывал кончиками пальцев витиеватые узоры. В этот момент Леора думала только о его грубых на вид, но очень нежных руках, на которых проступали вены. И о том, как вздымалась его обнажённая грудь под её спиной. Она, наверное, такая горячая сейчас. Как, когда блестит от пота, а он прижимается ею, раскаляя тело Леоры.

Теперь уже и ей становится жарко. Только горели щёки. Она продолжала лежать на нём, наслаждаясь поглаживаниями, и думала о том, чтобы тоже снять пижамную рубашку. Он словно прочитал её мысли. Его рука скользнула под одежду и задрала ткань так, что теперь она кожей ощущала, насколько ему сейчас жарко. Его ладони не опустились. Они ласково нащупали горошинки её сосков, и пальцы несколько раз играючи задели их в движении. Она почувствовала, как грудь стягивается в этих местах.

— Что бы ты не делал, прошу не останавливайся.

Кончики его пальцев продолжали вычерчивать волны под рубашкой. Их не было видно, но кожей она чувствовала каждое его скольжение, легко дорисовывая картинку в голове. Кровь быстрым пульсом разогналась по телам. Его дыхание касалось ушей и вызывало мурашки по шее.

— Как сильно бьётся твоё сердце под моими ладонями, — прошептал Элиан.

— Я твоё тоже чувствую.

Губы высыхали от учащённого дыхания, и она их облизала. Они не должны пересыхать, ей нужен его поцелуй. Горячий, влажный, проникающий. Сейчас. Срочно.

Она упёрлась руками в его ноги и попыталась встать, но Элиан, приложив совсем немного усилий, вернул её обратно на свою грудь. Из её рта вырвался рваный стон. Такой потрясающий, что его сердце едва не вырвалось из груди, переламывая рёбра. Оно требовало ещё. Элиан пальцами сжал торчащие соски и снова услышал стон вперемешку с хрипом.