Книга Смотри. На. Меня, страница 133 – Екатерина Юдина

Дарио иногда что-то говорил. Выглядел заинтересованным и все еще не убирал с губ улыбку. А я все никак не могла понять — неужели я его практически не знаю? Де Лука может быть и таким? Настолько располагающим к себе?

На семью Леоне это подействовали. Страх и нервозность все еще ощущались, но, кажется, они немного расслабились и начали заискиваться.

— Жермано Леоне, — представился мой приемный отец, протягивая руку через стол.

— Приятно познакомиться, сеньор Леоне, — Де Лука пожал руку.

Изначально Жермано делал это очень осторожно. Словно протягивал ладонь к динамиту, который мог разорвать его на части, но, когда Дарио пожал ему руку, кажется, приемный отец медленно выдохнул. Словно до этого не дышал и тут же начал рассказывать о том, что он наслышан о Каморре и о том, что восхищен их новым проектом на набережной.

Между Жермано и Дарио завязался разговор. Консетта, насколько это возможно, пыталась в нем участвовать и временами на ее лице вспыхивало очень довольное выражение.

Мичела молчала, но порой я улавливала, что она время от времени наклонялась и бросала взгляды на Дарио.

Про Марко я старалась не думать и не смотреть в его сторону, но, когда это все-таки происходило, я замечала, что, или брат с мрачным видом молча ел, или прожигал меня взглядом, от которого по коже скользил царапающий холодок.

— Если вы не против, мы сейчас можем пойти в мой кабинет. У меня есть великолепный виски и сигары, — Жермано пальцами провел по своей бородке. Он был тучным мужчиной, но очень следил за собой. Имел в гардеробе множество брюк и рубашек. Даже его борода была безупречно подстрижена.

— Спасибо за предложение, но нам с Романой уже нужно уезжать.

— Вам с Романой? Куда? — спросила Консетта. Ранее, пока Жермано разговаривал с Дарио, она сбегала наверх и переоделась. Сменила платье испачканное вином на ее любимый брючный костюм. Кажется, даже накрасила губы и причесалась.

В отличие от своего супруга, Консетта была худой. Очень. Иногда казалось, что она вообще одержима своим весом из-за чего предпочитала крайне мало есть. У нее тонкие, длинные пальцы, узкие губы и заостренные скулы.

— Ко мне домой, — Дарио пальцами той руки, которую он держал на спинке моего стула, провел по моему предплечью. Он время от времени так делал. Гладил и, кажется, Мичела постоянно на это посматривала.

Я оторвала взгляд от стакана с водой. Она была единственной, что я взяла со стола за все полчаса, которые мы провели в обеденном зале. Да и даже воды выпила лишь пару глотков.

— Насчет этого, — я перевела взгляд на своих приемных родителей. — Когда я пару дней назад ночью отсутствовала дома — я была в особняке семьи Де Лука. Я понимаю, что мне следовало попросить у вас разрешения, но это получилось непредвиденно. Мы с сеньорой Де Лука разговорились и я не уследила за временем. Было уже поздно и Дарио предложил остаться у них дома.

— На что тебе следовало попросить разрешения? — спросил Де Лука. Я подняла голову, посмотрела на него и собиралась ответить, но первой это сделала Консетта.

— Ни на что, — быстро произнесла она, еще и ладонями помахала, словно от этого ее слова должны быть убедительнее. Или это просто было нервное движение. — Просто мы беспокоимся о Романе и, если она по ночам отсутствует дома нам бы хотелось, чтобы она хотя бы просто предупреждала об этом. Но, если она была у вас, тогда нам точно не стоит переживать.