Книга Смотри. На. Меня, страница 6 – Екатерина Юдина

— Ты когда наконец-то приведешь себя в порядок? — Винса наклонилась через прилавок и потянула за ткань моей старой, немного растянутой толстовки.

— Черт, я чуть твой кофе не пролила, — с трудом удерживая чашку, я стиснула зубы и перевела на подругу раздраженный взгляд. Я и так чертовски устала. Еще не хватало обжечься или вообще разбить посуду. Мне за нее придется платить из своего кармана.

Винса фыркнула и опять села на высокий стул.

— В последнее время ты выглядишь так, будто тебя собаки через кустарники протащили, — она подперла голову кулаком и окинула меня придирчивым взглядом. — А ведь когда-то такой хорошенькой была. Следила за собой. Хорошо одевалась.

— Не преувеличивай. Я и сейчас нормально выгляжу, — насыпав корицу, я поставила кофе перед подругой. У нас обоих финансовые трудности, но я на своей работе могла делать одну бесплатную чашку кофе в день. И всегда отдавала ее Винсе. Из-за этого она заходила ко мне практически каждый вечер.

— Ага. Конечно. Сколько этой толстовке лет? Кажется, ты носила ее еще в третьем классе средней школы. У тебя же есть вещи поновее. Где они? Вот объясни мне, почему ты одеваешься в старье?

— Не поверишь, но, чем паршивее я выгляжу, тем меньше меня достают. Конечно, если не считать тебя.

— А что такое? Ухажеров стало слишком много? — поинтересовалась подруга, беря до блеска натертую ложечку.

— Да не особо.

— Вот. А если бы ты выглядела получше, у тебя бы и чаевых было бы больше. А так кому ты понравишься, потасканная собаками через кустарники?

— Старые извращенцы, заходящие ко мне по утрам за чашкой американо, с тобой не согласятся, — я указательным пальцем постучала по банке с чаевыми. Там даже двадцатка имелась. — Вот им я нравлюсь любой.

— Видно, они влюблены в твою душу, — подруга закатила глаза. — Но вообще, если честно, почему ты забила на себя? Причем постепенно. За последний год ты постепенно стала выглядеть все хуже и хуже. Меня это уже начинает настораживать.

Садясь на стул со своей стороны прилавка, я принялась натирать стаканы белоснежной тряпкой.

— Не знаю. Может, просто устала. А, может, это из-за того, что мне не нравится, как ко мне проявляют внимание кое-какие друзья брата. И, поверь, они это делают далеко не в хорошем смысле.

Я прекрасно знала о том, что внешность у меня весьма хороша. Спасибо моим настоящим родителям. Вернее, их генам. Я с детства слышала «О, боже, какая красивая девочка» и с подросткового возраста начала получать предложения посетить модельные агентства. Я вроде как подходила по их параметрам. В том числе и ростом. Им я пошла в папу. Как и черными волосами. От мамы у меня бледная кожа и серые глаза. Внешность — переплетение их общих черт.

Мои обожаемые родители, на которых я так похожа. Те, кто отдали меня в другую семью, когда я была еще совсем ребенком, всего лишь, как «гарантию».

— Это до сих пор продолжается? — Винса хотела поднести к губам чашку, но ее рука замерла. — Твои приемные родители до сих пор так ничего и не сделали?

— Ну, они вроде как поговорили с братом, но особого результата это не дало. Просто теперь он все делает так, чтобы они ничего не узнали.

Когда друзья брата выломали дверь в мою спальню, уже это стало известно «родителям» и я правда надеялась, что это что-нибудь изменит. В итоге, казалось, стало только хуже.