Книга Смотри. На. Меня, страница 70 – Екатерина Юдина

Он вновь пальцем провел по моей губе. Еще более медленно, но настолько ощутимо.

— Второе — для тебя существую только я.

Ливень оглушающим грохотом бил о стекла. Возможно, поднялся ветер, ведь уже теперь я слышала и его порывы. Погода была по-настоящему ужасной, но в комнате царила настолько мрачная, давящая, жуткая атмосфера, что то, что творилось за окном казалось солнечным, теплым днем.

— Ты согласна с такими правилами? — Дарио наклонился немного ниже и уже теперь наши губы практически соприкасались.

Была бы возможность, я бы сильнее вжалась в матрас или вовсе растворилась. Сделала бы все, что угодно лишь бы не попадать в тот ад, который исходил от Дарио Де Луки, но у меня была лишь возможность неподвижно лежать под ним, чувствуя, как мое сердце грохотало и трещало.

Я не только сейчас проигрывала ему все, что только можно. Я лишалась всего.

— Да, согласна, — произнесла еле слышно, с трудом, даже болью выталкивая из себя эти слова.

В комнате повисла тишина. Даже ливень и порывы ветра перестали быть слышны. Где-то, за пределами этого номера, они все еще бушевали, но тут словно бы перестали иметь какое-либо значение.

Дарио очень медленно наклонился. Так, словно пытался уловить мою самую мельчайшую реакцию и я, понимая это, постаралась не дергаться. Он ведь именно этого от меня хотел? Чтобы я была послушной девочкой?

Наши губы соприкоснулись и я окончательно перестала дышать. Несколько секунд вообще ничего не происходило, но даже этого поцелуя хватило, чтобы все внутри обожгло и сердце забилось словно обезумевшее. Почему? От паники или осознания, что теперь я по своей воле обязана отдавать Дарио все, что он захочет? Возможно, и то и другое. Эмоции сплетались. Превращались в целые пожары и начали вовсе испепелять, когда Де Лука углубил поцелуй. Делая это медленно. Языком проводя по моей нижней губе, а затем им проникая в мой рот.

Я пальцами сжала покрывало, чувствуя, как кольцо на указательном пальце зацепилось за торчащие нитки. Пытаясь сдержаться и вновь не предпринять паническую попытку отстраниться. Каких же усилий мне это стоило.

Моя толстовка все еще была задрана до груди и Де Лука положил ладонь на мой обнаженный живот. Тут же ею поднимаясь выше, касаясь каждого миллиметра тела. Затем сжимая грудь и сквозь тонкую ткань лифчика, большим пальцем проводя по соску.

Я почувствовала то, насколько сильно его тело напряглось и уловила тяжелый выдох мне в губы, после которого Дарио вновь набросился на мои губы поцелуем. Уже теперь жестоким, грубым. Таким, от которого у меня перехватило дыхание и губы начало жечь.

Без возможности сопротивляться, вынужденная проявлять лишь подчинение, я ненавидела себя за то, что испытывала какую-то непонятную реакцию от близости с Дарио. Я сама не понимала, что это было. Раньше никогда подобного не испытывала. Радовалась тому, что пока что здравый смысл побеждал и страх, ненависть к Дарио были куда сильнее. Они уничтожали эту реакцию.

Этой ночью все закончилось лишь на поцелуях и на том, что Дарио исследовал каждый миллиметр моего тела. Пусть и делал это через одежду. Бесконечно долго. Жестоко. Давая прекрасно почувствовать, что это такое — его грубые руки на мне. Заставляя испытать то, что я раньше никогда не ощущала и чувствовать этого не желала. Не с ним.