Книга Люблю тебя, страница 62 – Наталья Мельниченко

— Мне на улицу Новая, дом пятый, доедем?

— Конечно! Без вопросов! – живо отвечает мужчина и закидывает чемодан в багажник автомобиля.

— Откуда приехали? – интересуется он, пока удаляемся от станции.

Да, это вам не личный водитель или частное такси, где водитель предельно вежлив и никогда первым не начнёт разговор, тем более с расспросов. Тут люди совершенно другие и праздное любопытство в порядке вещей.

— Из Москвы, - отвечаю я, поглядывая в окошко на знакомый пейзаж.

Вот церковь, а здесь по воскресеньям проходит рынок, а вот моя школа. Город небольшой и, если бы не мой чемодан, вполне дошла ты пешком…

— Я так и понял! Москвичка.

Меня отчего-то задевают эти слова, хотя произнесены без сарказма или из желания задеть.

— Нет, я тут выросла, просто ненадолго уезжала.

И зачем я оправдываюсь перед незнакомым мне человеком, что – то объясняю?

Как забавно, теперь моя жизнь в Москве скорее пройденный этап, который нужно поскорее забыть. По крайней мере, пока что возвращаться я точно не намерена, да и некуда.

Мы приезжаем гораздо быстрее, чем я рассчитывала.

Водитель помогает с вещами, я расплачиваюсь наличкой, и он уезжает, оставляя меня один на один с неопределённостью.

Моя мама, как впрочем и я когда-то, живёт в небольшом одноэтажном домике на спокойной улице. Это почти центр города, но многоэтажек в городе не так много, да и те, не больше пяти этажей в высоту. Наш дом построил ещё мой отец, когда я была маленькой. Здесь я провела лучшие годы своей жизни, свое детство. К несчастью, отец умер довольно рано, мне не было и пятнадцати, и мы с мамой остались вдвоём. Вместе занимались огородом, выращивали помидоры и держали кур, а затем, когда я закончила школу, уехала учиться в большой город, который, как говорится, покорить мне так и не удалось.

Снимаю крючок с калитки и прохожу во двор.

Да уж, запор на калитке не самый надёжный, называется заходи и выходи, кто хочет. Хотя вряд ли кто-то позарится на наше имущество.

А нет, всё нормально, во дворе носится мелкая болонка, белая и пушистая, эдакий охранник. Мама подобрала щенка у магазина, кто-то подбросил, ещё два года назад, и теперь это белое облачко служит звонком, если приходит кто-то посторонний. Хотя меня, Генри, так зовут пёсика, знает и даже и не думает лаять.

Пулей подбежав ко мне, собака принялась ластиться и прыгать, в надежде, что я обращу на неё внимание.

— Идём, идём домой, - позвала я его.

По узкой тропинке иду к дому.

Здесь даже воздух совсем другой, а приятные тёплые воспоминания придают мне сил. Чемодан оставляю на крыльце и прохожу в дом, наверное, чтобы сразу не ошарашить маму своим появлением. Хотя, может её нет дома…

Но нет, стоит мне войти, понимаю, что мои надежды напрасны, отсрочки у предстоящего разговора не будет, мама что-то готовит на кухне.

— Алина! – восклицает она, когда наконец замечает меня в проходе кухни.

— Привет, мам, - улыбаюсь, как можно более искреннее, не хочу лишний раз её тревожить.

— Вот это сюрприз! А я думала билет мне пришлёшь, а вот ты сама приехала! – мама немедленно меня обнимает, - садись! Чай хочешь или поесть?

— Можно чай? – отзываюсь я, опускаясь на стул.

— Ты одна приехала?

Интересно, если я беременна, считается, что я приехала не одна? - размышляю я, параллельно осознавая, что не придумала очередной лжи. Я была так поглощена Глебом, происшествием у Тимура, когда он меня просто выгнал, что совершенно не знаю, что говорить своей матери. Поэтому решаю, что тянуть и изворачиваться не стану.