Книга Игра на инстинктах, страница 56 – Саша Кей

Я не уверена, что все еще на этом свете.

Меня как бы нет, я расплавилась и впиталась в кожу Артемьева.

Блин, если для чего и стоило завести детей, так это хотя бы чтобы они дверь могли открыть, когда ты не в состоянии. Правда, их еще надо вырастить хотя бы лет до двенадцати…

Ну кто-о-о та-а-ам?

Я часа два назад изгнала Демида в свой номер, потому что заподозрила, что он не всю силушку потратил. Он несколько раз просыпался и щупал меня за что попадется, но мне удавалось отбиться. В прямом смысле слова, ибо воззвания к его совести были безрезультатны.

Единственное желание, которое у меня сейчас есть, — это даже не выспаться, а просто отлежаться. Тянет каждую мышцу, будто я не сексом вчера занималась, а сдавала нормативы ГТО. Слишком хорошо тоже плохо.

А какой-то дятел не унимается и раздражающе равномерно настукивает в дверь, в то время как я лежу пластом с закрытыми глазами и ни на что не способна.

Мерзкий Артемьев. Ну надо же, как он меня ушатал.

И как его бабы от него на своих двоих уходят?

Или дело в регулярных тренировках.

Бесят. И Артемьев, и бабы его.

— Я знаю, что ты там!

Фу. Сашка. Тоже бесит.

Тук-тук-тук.

Блин, она упертая. Будет до посинения настукивать. Еще не понятно, как она вчера-то сдалась.

— Фрося, открывай.

Кряхтя, я сползаю с кровати, вытягиваю из сумки халат и на нетвердых ногах, морщась и вздыхая, топаю открывать.

И даже думать не хочу, как я сейчас выгляжу. Ни один макияж такого не выдержит. А умыться у меня вчера так и не вышло. И волосы, которые намокли частично, сейчас высохли черте как, и это никто не расчешет.

В общем, вид у меня полностью отражающий внутреннее состояние.

И когда я распахиваю дверь, Сашкины брови ползут вверх.

— Однако, — выдает она, разглядывая меня.

— Чего тебе? — опускаю я доброе утро.

— Я за подробностями, — честно признается она.

— Пускай тебе Козина подробности рассказывает, — фыркаю я.

— О-ля-ля! Я хотела спросить, как поездка с Ваней в лифте, но ты прокололась.

Бля… Я лоханулась.

— Изыди, — стону я.

— Не-а, но у меня есть вот, — Сашка показывает, что принесла мне стаканчик кофе.

Тяжело вздыхаю.

— Ладно, заходи, кровопийца. Только никому, слышишь?

— Да кому я? Я могила! — подруга шустренько внедряется в номер, пока я не передумала.

— Всему интернету, блин, ты. Увижу, что ты что-то накалякала, я тебе депилятор в шампунь налью, — предупреждаю я. Потому что обсудить все-таки хочется, но нет Сашке никакого доверия. Кстати. — А ну руки покажи.

Сто пудов за спиной пальцы скрестила. Она, закатив глаза, плюхается на мятую постель и показывает ладошки.

— Я никому не скажу, Перцевая отдалась Артемьеву! — звонко клянется Сашка.

— Да тихо ты, — шикаю я. — Тут слышимость отличная…

— Так рано еще, все спят, — пожимает она плечами.

— Именно, Александра Николаевна, именно. Все спят, а ты мне глаза мозолишь…

— Так я не могу глаза мозолить Артемьеву, он не открывает, — ни капли не стесняясь, выдает подруга. — А на Ваню я и так пол ночи смотрела. Они со Стахом отожги, конечно. А теперь убеди меня, что ты не зря вчерашнее шоу пьяных друзей пропустила.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты противная? — прищуриваюсь я.

— Регулярно. И что от меня одни проблемы.

И я даже догадываюсь, кто ей открывал глаза на правду.