Книга Игра на инстинктах, страница 79 – Саша Кей

— Успокаивай себя этим, — фыркаю я, подходя к раковине и открывая воду, но внутри скребет. Да так, что я не сразу понимаю, что включила ледяную воду.

Что уж там говорить, я разительно отличаюсь от любимого типажа Артемьева. Сашка тоже говорила, что он предпочитает баб с большими буферами. И то, что я видела, это подтверждает. Да к заднице любой из них можно мотоцикл припарковать, а на грудь кружку пива поставить.

И Стах откровенно предупреждал, что я не во вкусе Демида. Я подозреваю, что брат имел в виду, что Артемеьеву нужны ненапряжные телочки, которых можно поиметь и отделаться от них сумочкой и туфельками, потому что именно так и поступает сам Стах.

— Для начала я даже не собираюсь нервничать. И успокоительное потребуется не мне, а тебе, когда глаза наконец откроются, — скалится змея. — Я-то точно знаю, что еще в августе наш рекрутер получил четкий приказ любыми способами заключить контракт с Перцевой.

— Это говорит только о том, что я отличный специалист, — поджав губы, я выдавливаю из дозатора жидкое мыло в ладони, мечтая брызнуть им в противные глаза Козиной.

— Возможно. Но ведь не единственный в городе. Не ты первая, не ты последняя, Фрося.

— И кто следующий под угрозой? Козырев? — хмыкаю я. — Боюсь, если его тоже будут нанимать через постель, то его женщина будет против.

Так-то я делаю вид, что все удары мимо, но царапает, черт побери. Живенько ложится на мои собственные сомнения. И не важно, что я уже решила, что Артемьев мне не подходит.

— Вау, речь уже о постели? Значит, в койку его ты уже прыгнула, — улавливает Козенадя. — Начинаю обратный отсчет. Зря не слушаешь моего доброго совета свернуть свои дохлые удочки и уйти в закат с достоинством. Ты хоть и молодишься, но ведь уже неновая. Тебе бы подумать о семье, детях. Зачем впустую тратить время на того, кому ты нужна только как рабсила?

Мне с трудом удается удержать лицо.

А вот это меткий удар.

Хорошо, что Надежда даже не представляет насколько.

— То-то ты со своим запасным аэродромом сразу пришла, — шиплю я. — Соломку стелишь?

— У меня он хотя бы есть, — Козина швыряет в конец измочаленное бумажное полотенце в урну. — А ты останешься со своими кексиками. Прям как Осинская.

— Что? — обалдеваю я, услышав знакомую фамилию.

Татьяна Осинская — крутой шеф-повар. Я давно мечтала попасть на ее мастер-классы, только она переехала куда-то на Дальний восток и у нас тут бывает редко.

— Ты и об этом не в курсе? — в наигранном удивлении таращит глаза Надежда. — Ей место в австрийской крутой фирме предлагали, но она выбрала Артемьевский ресторан. Точнее, постель Артемьева. Все кителек свой беленький скидывала по щелчку его пальцев. Думала, что Демид на ней женится, глаза закрывала на то, что он по бабам гулял. Целый год продержалась. Конечно, она попыталась обставить все так, что ее переманили конкуренты, но я-то знаю, что Артемьеву она просто надоела, заманала к черту разговорами о свадьбе. Если уже Таня обломалась, то тебе вообще ничего не светит.

У меня перед глазами черные точки плавают.

Осинская — какая-то там «Мисс» в прошлом и выглядит, как королева. Все тогда облезли, когда она пошла не в шоу-бизнес, в гастрономию. Не просто пошла. Утерла нос всем, кто зубоскалил.

Я на ее фоне жалкий пигмей. И внешне, и профессионально.