Книга За твоей спиной, страница 113 – Лина Коваль

Дверь открывает Злата, и ее добрая улыбка озаряет все вокруг. Едва успеваю переступить порог, как она сразу помогает мне снять куртку. Окружает заботой.

— Уже ходит?! — шокированно смотрю на маленького Ратмира. Он, испугавшись моего возгласа, тут же бахается на пол и, вопреки опасениям, весело улыбается. Один в один как его мама. По-доброму.

Смешливый, озорной пацан с темными, чуть волнистыми волосами и удивительно длинными ресницами, обрамляющими умные карие глаза. Ратмир Хаджаев — полная внешняя идентификация своего отца и абсолютно точное попадание в простодушный, беззлобный характер матери.

— Ратмирка?.. Конечно, ходит. Бегает так, что и не угонишься. Привет, дорогая, проходи скорее.

Мы обмениваемся поцелуями в обе щеки. Злата убирает куртку в шкаф, а я, прихватив пакеты с подарками, жду. Неловкость как-то быстро проходит.

Выгружаю новые игрушки, Злата причитает, что не стоило так тратиться, а Ратмир рассматривает яркие коробки. Оставив сына в манеже, она зовет меня на кухню.

— Чай будешь?.. Я чуду приготовила. Это такие национальные лепешки…

— Я знаю, что это, — смеюсь и направляюсь за ней.

— Все время забываю, что ты жила в республике. Так будешь?

— Буду.

— Амир скоро приедет. Он хотел с тобой встретиться.

— Амир в Москве? — почему-то эта информация вызывает у меня радость.

— Да. Прилетел вчера поздним рейсом, сказал, здесь у него неотложные дела, а с самого утра уехал, пока мы еще не проснулись. Представляешь? Даже не разбудил нас!.. Что за человек?

— То есть он по работе приехал?

— Ты же знаешь, я никогда не выпытываю у него подробности, — смеется Злата. — Если Амир захочет, сам расскажет.

— Поражаюсь твоей мудрости и терпеливости. Я бы так не смогла.

— Это скорее про уважение, — Злата ставит на стол поднос с чашками и садится напротив. — И про собственное спокойствие, потому что из моего мужа лишнего слова не вытянешь.

Я посмеиваюсь: впервые слышу, как Злата ворчит.

— Раньше я нервничала, переживала, а теперь понимаю, что у Амира все под контролем. Вот!.. — осеняет ее. — Это про доверие. Я ему доверяю и вообще не хочу контролировать ни единого его шага.

— Он что-нибудь еще говорил про Расула? — осторожно спрашиваю.

— Только то, что я тебе уже рассказывала всю эту неделю. Не думай, что я стала бы скрывать от тебя такое. Расул обязательно поправится, но на это нужно много времени, слишком серьезные повреждения.

— Спасибо тебе. Не знаю, как бы я пережила все это, если бы не вы с Амиром, — пылко благодарю. В последние дни мне наконец-то стало спокойнее.

— Я до сих пор в шоке от поступка Мадины, — Злата злится. — Все понимаю, она страшно ревнует, чувствует конкуренцию, но похоронить человека, лежащего на реанимационном столе?.. Она совсем дура!

— Даже спорить не буду, — закатываю глаза, все еще дрожа от негодования. Вспоминаю тот день. — Когда она мне это сказала, сначала будто с головы до ног ледяной водой окатило. Я так испугалась, а потом сразу позвонила тебе. Слава богу, ты взяла трубку.

— И правильно сделала, Танюш.

— Но, естественно, те несколько минут — самые худшие в моей жизни. Что я пережила тогда, я… — ловлю слезы на щеках и запрокидываю голову, чтобы сдержать новый поток. — В общем, не хочу вспоминать, — взмахнув рукой, выдыхаю.