Книга За твоей спиной, страница 14 – Лина Коваль

— Сплюнь, — морщусь. Аж передергивает.

— Как у вас там с Каспием?

— Дело вернули к нам на доследование.

— Участки успели изъять?

— Пока только опечатали. Со всем содержимым.

Ренат давится кофе.

— Двадцать участков? — переспрашивает.

Я довольно киваю.

— Скоро туристический сезон. В случае если суд изменит решение, они ведь не успеют ничего достроить в срок.

— Суд не изменит решение, — твердо сообщаю. — Земли Каспия — это федеральная собственность. И она ею останется. Иначе на хрен тогда нам вообще работать?

— Ты-ы псих! — с восторгом тянет Ренат.

— Кто бы говорил, — тихо отвечаю и, отставив пустые тарелки, которыми сервирован стол, серьезно спрашиваю: — Есть что-нибудь по моему вопросу?

Он тоже становится сосредоточенным.

Наша встреча здесь с пометкой «инкогнито». Никто не должен знать, что сотрудник ФСБ делится со мной следственной информацией.

— Девочка твоя… его гирей огрела перед уходом.

— Гирей? — повторяю. — Да она руку поднять не в состоянии. Пусть не пиздит.

— Салтыков заявил на нее. Статьи две. Нападение и похищение ребенка. Ты ведь знаешь, где она находится?

Ренат приподнимает брови в ожидании ответа. Я делаю покерфейс.

— Понятия не имею, — поблагодарив официантку, в два глотка выпиваю эспрессо. Горло обжигает горечь.

— Я серьезно, Расул. Не лезь в это дело. Они семья. Сами разберутся.

— Разобрались уже, — ворчу, оставляя на столе тысячную купюру и забирая пальто. — Я ушел. Приятно было НЕ увидеться, Ренат. Если ты понимаешь, о чем я.

— Взаимно, — вздыхает Аскеров, подавая руку.

Отыскав на парковке микроавтобус, забираюсь внутрь и сажусь рядом с выдвинутым столиком. Вытягиваю ноги и зависаю.

— Куда едем, шеф?

— Стоим пока, Буба.

— Я тогда до супермаркета отойду. Надо вашим гостям запасы пополнить.

— Конечно. Сходи, закупись.

Глядя в окно, сам с собой кумекаю. Да-нет. Да-нет. Голова ломится. Брата набираю. Три часа назад мы расстались на «подумать», но ощущения странные. Будто уже все решил, а что-то упустил. Самое главное.

— Ты же понимаешь, что выход только один? — мрачно спрашивает Амир. — За границу их не вывезти. Самолет, поезд — все мимо.

Я снова прокручиваю в голове возможные маршруты. Раз за разом отсеиваю то, что не подходит.

— Ты ведь все уже для себя решил? Да?

— Нет места идеальнее республики, — постукивая пальцами по столу, соглашаюсь.

Сам себе не верю. Таню! В республику! Не место ей там. Зачем?

Я, блядь, с ума сойду.

Брат тихо смеется в трубку. Это, как обычно, раздражает. Разница у нас в полтора года. Вроде ерунда, но он навсегда старший. А значит, так считается, что лучший?.. Конкуренцию я люблю, но тут хоть из штанов выпрыгни — взрослее не станешь. Приходится брать харизмой.

— Ты ведь понимаешь, как все будет выглядеть, если ты заявишься с ней и ребенком домой? О чем все подумают?.. Сам все знаешь. Народ у нас нетерпимый.

— Я поговорю с Мадиной…

— Да ладно Мадина! Тебе Таня первая мозг вынесет, когда все поймет.

— Вынесет? Ты бы ее видел! — чувствую, как в груди просыпается необузданная ярость. — Она тени собственной боится… От прежней Тани там только глаза, и те безжизненные.

— До сих пор не понимаю, как она с ним оказалась?

Откинув голову на спинку сиденья, пялюсь в потолок.

— Мне назло она с ним оказалась.

— Ты уже все решил, Расул. Я не буду тебя отговаривать. Когда будете выезжать?