Книга Розовый мед – 4: Зимний сезон, страница 40 – Владимир Атомный

И во взгляде Чёрной Кошки, и, уверен, в моём, читается единое удовлетворение. Меня даже около часа тянуло в сон. Почему-то сразу просятся в голову мысли о животном начала в нас, людях. Мне сыто, тепло и род был успешно продлён, при отсутствии какой-то культурной надстройки, у мозга нет причин держать нервную систему в напряжении. Точнее говоря, он сам есть нервная система, да не суть.

Я даже посмеялся, ведь легко вообразил наше «продление рода». Слепая сила преломляется через призму устоявшихся или случайных предпочтений и рождается аниме. Точнее, многообразие жанров хентая и порно.

Но бросаю я взгляды в сторону девчонок не только, чтобы поймать ответный от Неколины. Сонетта снова стала беззаботной и весёлой, строит планы на возвращение в Тик Ток и обсуждает с подругой как лучше это сделать. Им действительно есть чем поделиться друг с другом: Сонетта не понимает в эротизме образа и потому не может на этом играть, Неколина же мечтает выплеснуть хотя бы толику развратных идей в мир. Чем занимается под псевдонимом Неки Макото на порталах фанфиков. В этом они с Сонеттой тоже помогают друг другу. Темами произведений, конечно, они разнятся как небо и земля. Наивная жизнеутверждающая фантастика от Сонетты легко может быть смята грязным, железным сапогом тёмного фэнтези от Неки, либо же облечённой в слова порнографией. Может, но не будет! Неколина дорожит светлым огоньком подружкиной души. Как говорит сама — зависит от неё.

Когда спускался за кофе и подогревал на троих суп, встретил батю. Спросил как у них прошёл вечер соседей: он был очень доволен. Поблагодарил на наводку, ведь, действительно, то многообразие овощей, что растёт вот тут, под боком — это находка. С дядь Сергеем они мгновенно нашли язык, ну а про тёть Машу только усмехнулся. То что готовит как богиня, и что хозяйка отменная — это одно, но что она натуральная секс-бомба и встретить такую женщину в весьма рядовом месте Подмосковья весьма неожиданно. Уж скорее в самой столице, в квартире какого-то старого дома, до сих пор не снесённого как памятника старины.

Что-то сказала Сонетта.

— А? — стянул я наушник.

— Топаешь, братик!

Это я снова начал пристукивать ногой в такт заигравшей песни — Hell Moon или We Shall Never Die всё тех же Eleine. Тут даже не пение, а словно плач души. Так называемый, реквием. Не знаю почему эта группа и эта песня так глубоко задевают меня.

— Кстати, Самми, — успела сестра до закрытия уха вторым наушником, — я подумала и написала тёть Саше. Вдруг захочет справить с нами Новый Год.

— Да ладно⁈ — повернулся я, игнорируя даже то, что мочил какого-то моба.

— По секрету, чтобы ты знал, написала ещё неделю назад. На зло маме, — состроила она эмоциональную мордашку.

— Пхех! Понимаю. Ну, может и ладно. Во-первых, с дядь Женей увидятся. Пригласим его к нам, да⁈ — вдруг придумалось мне. — Если к детям и внукам не свалит. — Вот и будет веселье.

— Хи-хи! — прыснула Сонетта, а Неколина улыбнулась. — Мне кажется, мама столько гостей в доме не выдержит.

— Так ещё же тёть Маша и дядь Сергей.

Сестричка картинно возвела глаза к потолку.

— Значит, ты не против приезда тёти?

— Да пофиг, конечно, — отозвался я и всей мимикой подкрепил, мощно зажмурившись. — Мы же там более-менее выставили дистанцию.