Книга Розовый мед – 5, страница 43 – Владимир Атомный

— Шепчитесь! Такие хорошенькие у меня.

Неколина просто улыбнулась, привычно купаясь в лучах материнской любви. И потом снова мне:

— Это сказано с осуждением или как повод грязно надругаться?

— Пхах! — не удержался я. — Это как вообще?

— Мне рисуется такой образ, Мастер, — горячо зашептала она, — вы очень хотите овладеть мной или мамой, но что-то не позволяет это сделать. А вот если назвать нас шлюшками, развратными кошками или как-то ещё — словно бы можно. М?

— Фига себе сложные техники, — задумался я. — Короче, попадалась мне история про какую-то там принцессу реально существовавшую, которая не брезговала приходить в солдатский лазарет и ухаживать за ранеными. Ну типа. Понятно, что может это просто легенда, но вот я хочу сказать, что когда ты опускаешься вниз, пачкаешься себя, ты скорее даришь. Делаешь королевский жест.

— Хих! — прыснула Неколина и мы снова получили взгляд полный любви от тёть Маши. — Мастер, спасибо, но это ошибка. Я не такая. Наверное, влияние Кристины сказывается, да? Я даже запах её парфюма чувствовала.

— Да ну? Это когда?

Во взгляде пробудился фанатичный огонь, что виден даже без красных линз.

— Я уже говорила вам, что мне очень нравится образ проклятого духа, чёрной души, чьё искреннее желание это добраться до самой чистенькой, самой невинной и трепетной плоти, а затем очернить, испортить, опорочить. Сейчас у меня самое золотое время, Хозяин. Ведь этот мой дух заключён в прекраснейшее тело. Вам же нравится оно? Маленькость, моё миленькое лицо, тоненькие запястья? С одной стороны я так люблю себя… ни кусочка не отдам.

Я натужно сглотнул и опасливо покосился на старшую кошку. Тёть Маше увлечённо смотрит ролик и даже улыбается, кстати, очень красиво.

— Когда мы ездим по разным местам. Даже если вдвоём с Неткой, я очень редко ловлю взгляды от извращенцев. Вживую они себя не проявляют почти, но вот в Сети… знаете, мне приятно возвышаться над ними… издеваться и унижать. Но потом я бросаю себя с этой высоты. Не жалею. Под ноги к вам, Мастер, но не только потому, что хочу порадовать. Ради себя тоже. Это такое особое чувство — истинное блаженство. Голая, распятая, в сперме и слюнях.

Я с удивлением обнаружил в себе отклик. Отбитая извращенка, что подбирает весьма спорные образы надавила, в итоге, на нужные клавиши моего существа. Но это и не чудо, ведь я давно хочу Чёрную кошку, может и не образ в сперме и слюнях возбуждает, а наоборот уже не воспринимаю что она там томно нашёптывает из-за сильного желания…

— Капец! Только же у нас было, а я опять…

— Всё-всё, умолкаю, — хихикнула она.

Странный сегодня день: с утра — разговор с Маргаритой, днём — особый гость в доме Коновых. Где-то там Сонетта с Кристиной. И я, вроде как, предоставлен сам себе. Всего чуть-чуть прошло времени с начала каникул, а уже привык, ввязался в их цветочное общество. Сегодня, вот, ухаживаю за большим и малым пионом. Если у тёть Маши жар в кузне пока приутих, то про мелкую бесовскую егозу не уверен. Точнее, чувствую джентльменский долг спросить:

— Хорошо фотошопишь, кстати. Тебе спину погладить?

— Почему вы спрашиваете, Мастер?

— Я подумал, что ты осталась без, эм-м-м… внимания.

Мои руки на её хрупких плечах. Неколина тапнула «сохранить» и после откинула голову, упёршись мне в живот.