Книга Анастасия, ты прекрасна!, страница 160 – Владимир Атомный

Дежурство потянулось привычным темпом. Я вернулся к чтению, перемежая его общением и тренировками. К вечеру позвонил Эконом — тот самый ветеран, Андрей, готов будущий месяц отработать полностью, но предупреждает, что возможен форс-мажор. Дома беременная жена и уже пара малолетних детей.

Я посмотрел в окно, где в просветы плюща видны спортивные площадки. Громко щёлкнул чайник. Кипяток густой струёй обрушился в заварник, враз усилив идущий от трав аромат. Завтра Эконом приедет вместе с Андреем, надо будет всё показать-рассказать, но главное — это разговор насчёт погашения долга. Я прикинул сумму. Пусть даже ничего не останется, но деньги я ещё смогу заработать, пусть и обидно до стона, а вот здоровье и жизнь можно только потерять.

Ничего плохого до утра не случилось. Перед сном мы долго болтали с Настей, в сообщения социальной сети. Она снова показывала силу и жар интереса ко мне. Мне даже пришлось чуть-чуть пристудить пыл, когда она предложила выслать свою ню фото. Я это пламя разжёг, мне за ним и следить.

Мерседес Эконома нагрянул с музыкой. Популярная среди военных и ветеранов группы проникновенно поёт жизнеутверждающую песню, которую я, конечно знаю — такой хит.

Андрея представлял здоровым спецназовцем, но из машины вышел среднего телосложения мужчина лет тридцати пяти, черноволосый, с хищными залысинами, и острым взглядом серо-голубых глаз. Впрочем, мимика и морщины тут же подтвердили, что в жизни он повидал всякое. У таких улыбка всегда грустная, даже если хохочут или ржут над пошлятиной. Глаза не забывают увиденного.

Я оказался даже больше него. Мы поздоровались и сначала решили пройтись. Лагерь большой, объектов много. Я сразу приступил к описанию возможных рисков и фактического положения дел. Куда смотреть, сколько раз за сутки, чего ожидать… Сергей слушает молча, некоторые моменты уточняет, но не спорит и не даёт советов, как часто бывает.

Вскоре я сидел в салоне мерса и ждал Эконома — пожилой вояка остался дать последние указания.

Выехали.

— Анатолий Сергеевич, мне надо с вами обсудить важное дело.

Эконом бросил взгляд, активно нажёвывая жвачку — резкими и короткими движениями челюсти.

— Что стряслось?

— Теоретически я могу рассчитать с Седым по долгу. Даже с процентами — денег хватит.

Теперь уже пожилого подполковника взяло удивление.

— Ух ты! А я думал ты этот вариант вообще с порога отметаешь.

— Так и есть, — замялся я. Тут же понял, что дядька, заменивший отца, — это не тот, перед кем надо создавать какой-то вид. — Если такая возможность есть, то буду только рад. Поставить уже чёртову точку в этой истории.

— Я давно уже думал предложить такой вариант, — медленно проговорил Эконом, выруливая на трассу. — Но ты был не готов. Так мне казалось. Где-то спустя год, как ты приехал работать в лагерь.

Я попытался вспомнить того себя. Затем покачал головой.

— Мы столько раз обсуждали с вами, какие они все подонки.

— Да, — с горечью выдал он и с омерзением вытащил изо рта жвачку. — Но я вот нашёл в себе достаточно терпимости или может жизнь сломала, но согласился на них работать. Не мог я тебе предлагать такое же. А вот если ты сам…

— Думаете получится?

— Сначала они хотели забрать у вас квартиру. Но собственник твоя мать, а она была не в том состоянии, чтобы подписывать документы. Кто-то из людей Седого даже жил у вас.