Книга Предатель. Я не твоя, страница 71 – Элен Блио

Именно так я и сказал тогда. И отец был доволен, ответил, что это разумно и он гордится мной.

— Да, я хотел тебе сказать… Я ведь ходил к твоей женщине, к этой… Злате.

Слова отца меня сильно взбудоражили. Он? Ходил? Зачем?

Я ведь помнил, что ему было плохо тогда, потом с приступом свалился я, и как раз в это время Злата… Нашла удачный момент, в общем. Или Мирзоев нашел. Я ведь не разбирался тогда что с отцом случилось, что со мной. Нас могли просто грамотно вырубить в нужный момент!

— Я пошёл к ней, чтобы попросить не бросать тебя. Объяснил, что твой брак — вынужденная мера, что ты любишь её, но есть в жизни мужчины такие моменты, когда он должен выбрать долг, а не любовь.

Неужели отец реально был у неё и сказал всё это? Тогда я был еще раз шокирован тем, что он говорит.

— И… что она? —спросил я тихо, хриплым голосом.

— Она сказала, что не позволит сделать из себя шлюху для нашей выгоды. И добавила, что уже нашла человека, который ей поможет, а ты… Ты можешь отправляться в ад. Это её слова сынок. Я жалею, что не сделал запись.

Новое потрясение. Могла ли Злата так ответить отцу? Зная её характер, я бы посчитал, что могла. Злата была сильной, прямолинейной.

Я поверил отцу.

Я всегда ему верил.

Он сам предложил сделать брак фиктивным. Но я не был верен супруге. Несколько раз срывался. Нет, никаких отношений не заводил, но всегда можно найти девушек, готовых обслужить мужчину без отношений.

Только вот выбирал я, конечно, определённый типаж.

Нежных красавиц с белокурыми волосами и огромными глазами цвета моря… Заставлял их брызгать кожу её духами. Мне нужна была иллюзия, несмотря на ненависть, которую я испытывал!

И всё равно закрывал глаза, представляя себя с ней, в ней, над ней…

Сейчас всё перевернулось, когда я осознал, что Злата может быть совсем не виновата передо мной.

Ей пришлось пойти на этот шаг. Спасать себя. И нашего сына.

— Скажи, тебя заставили выйти за Никиту? Он приходил к тебе? Угрожал? Скажи, Злата!

— Да… мне угрожали.

— Сука… я же его убью, порву…

— Ты не сможешь этого сделать.

— Почему?

— Того, кто мне угрожал уже нельзя убить. Он мёртв.

— Что? Но… кто это был, Злата? Кто?

Вижу, что она колеблется, не хочет говорить.

Резко встаю, головокружение добивает, но я держусь. Беру её лицо в ладони, но Злата опускает глаза.

— Назови имя.

Сжимает губы, сглатывает.

— Злата!

— Это был твой отец.

Не стоило ему говорить.

Определённо — нет.

Но я сказала.

И теперь смотрю, как меняется его взгляд.

Мы сидим друг напротив друга. Краем глаза вижу, как напрягся прогуливающийся с коляской Юра.

— Ты…

— Не говори ничего, Демьян. — меня трясёт, я почти задыхаюсь, — Я понимаю, что ты мне не поверишь. Мне плевать. Не верь. Доказательств у меня нет.

— Мой… отец? — он побледнел, побелел… смотрит так… — Мой?

— Я сказала, ты услышал.

— Ты понимаешь, что ты говоришь? Ты…

— Я всё понимаю. И ты постарайся понять. — говорю быстро, словно боюсь не успеть объяснить, так и есть, я боюсь, боюсь, того, что может сказать или сделать Демьян сейчас, будучи в таком состоянии. — Включи логику. Зачем Никите угрожать мне, заставлять жениться? Что за бред? Он… он любил твою сестру!

— Так любил, что женился на моей невесте? — Демьян усмехается, лицо у него такое… опрокинутое, да, другого определения сложно подобрать. Именно опрокинутое лицо. — Странная любовь, не находишь?