Книга Лучший крутой детектив, страница 184 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

— Дон, ответь Ясеню.

— На связи Дон.

— Мы закончили. Вернем собаку и к вам.

— Принял.

Вместе с рацией на свет Божий показалась новенькая визитка злополучного участкового. Волков смял было ее и открыл окно, чтобы выбросить. Передумал. Разгладил и убрал в портмоне.

В зеркале заднего вида — притихшие члены группы упорно избегали его взгляда, впрочем, как и друг друга. И только Вася всю обратную дорогу не мог сдержать восхищенного монолога на тему «ну ничего себе хата», подогретого презентованной ему хозяином бутылкой коньяка. Все остальные, кстати, от подарков отказались наотрез.

Выездов в то дежурство больше не было.

Сосед по кабинету — Руслан из вежливости предпринял заранее обреченную на неудачу робкую попытку осведомиться о результатах поездки, а также о причине привезенной мрачности.

Ближе к двадцати двум часам УВД уснуло. Пару раз за ночь выходил Волков из кабинета, решительно направляясь в сторону комнаты отдыха, где дислоцировался личный состав дежурящей следственно-оперативной группы. И оба раза малодушно сворачивал в курилку.

Он уже точно знал, что должен был сделать там, на Прохорова, — смачно заехать кулаком в рожу Луненко, вернуть на место шкатулку и забрать своих пацанов. Почему, почему, почему он так не поступил? Что его остановило? То, что подобное было бы выходом из привычных рамок. К дьяволу рамки. Кто их устанавливает. Волков многое бы отдал, чтобы поступить тогда именно так. Теперь было поздно. Убедить их вернуть то, что взяли — пойти в отдел собственной безопасности — из области фантастики. Там и разбираться никто не будет, задержат ребят по чистосердечному признанию и дело с концом. Это в фильмах оно — признание — «сокращает срок», а в реальной жизни…

Сам Волков не прикоснется к камням и не хочет о них знать. Но черная беда, случившаяся сегодня с его товарищами, и его вина накрывали с головой.

А через несколько месяцев после всего этого в округе заговорили о необычной смерти Луненко — смерти под грудой щебенки, сброшенной самосвалом на стройплощадке. Несчастный случай. И позавчера при странных обстоятельствах погиб совершенно деградировавший за последние полгода Костя Сомов.

Волков и Кеша Рогозин остались вдвоем из тех, кто обнаружил погибшую Коровину в ее квартире. Разница была лишь в том, что Кеше досталась третья часть «наследства» умершей, разделенное некогда с покойными ныне Луненко и Сомовым. А Волков… просто старался как-то жить с чувством вины.

Анжела все еще продолжала встречать из школы их дочь — третьеклассницу Алису Волкову. Встречала, в те дни, когда удавалось пораньше вырваться с работы. В остальные дни это делала их няня — Апполинария Львовна, за глаза — тетя Поля.

Вырваться удавалось не часто. Работала Анжела в большом московском кардиоцентре, имеющем статус федерального. Она — начинающий хирург-кардиолог. Только к тридцати двум годам, умудрившись всеми правдами и неправдами, не уходя в декретный отпуск, Анжела, наконец, получила необходимое образование и все сопутствующие дипломы: ВУЗа, интернатуры, ординатуры. Теперь она — аспирантка второго Московского Меда и, если все сложится хорошо, в следующем году сможет добавить в своей визитке заветные буквы «к.м.н.». Потом, Волков ни минуты не сомневался, жена возьмется за докторскую. Она — перфекционистка.