Книга Измена. Мне не нужна клуша, страница 18 – Мила Реброва

Он начал. А я… я просто не дам ему разрушить всё, что я строила три года.

Я защищу сына. Даже от его отца.

Ян

Марина сидела напротив, аккуратно перелистывая меню, будто выбирала инвестиции, а не ужин. Её брови были чуть приподняты, губы поджаты — сосредоточена, идеальна, рациональна. И абсолютно не моя.

Я смотрел на неё, как через стекло. Пять лет назад я бы назвал её идеалом. Красивая, умная, без истерик. Умеет держать себя в руках. Надёжная. С ней удобно. Без качелей, без слёз, без «давай поговорим». Мы обсуждаем рабочие вопросы так же, как бронируем ресторан для нашей свадьбы — чётко, без эмоций.

Но всё, о чём я думал последние трое суток, — это глаза Олеси.

Как она поднялась из-за стола, как закрыла передо мной дверь. Как смотрела, будто я был чем-то чужим, посторонним. Хотя я отец её ребёнка. Моего сына. Моего, мать твою, сына.

— Ян, ты меня слушаешь? — голос Марины был мягким, но в нём проскользнула раздражённость.

— Что? Да. Конечно.

— Я говорю, может, отдадим съёмку свадьбы ребятам из MotionLab? Они делали проект для нашей конференции, помнишь?

Я кивнул на автомате. Мне плевать. На видео, на торт, на цветы. Всё это пустое. У нас не свадьба. У нас — сделка. Бизнес-сделка с красивой упаковкой. Мы оба понимали, что не про чувства речь. Мы взрослые. Рациональные. Холодные. Слишком холодные, чтобы строить что-то настоящее.

Когда-то я думал, что это удобно. Что мне этого достаточно. Мне не нужно бурь. Не нужно рыданий на кухне, истерик под дверью. Мне нужна была женщина, которая не требует. Которая не спрашивает, почему я молчу. Не лезет в душу. Я выбрал Марину — и получил ровно то, что хотел.

Но потом я увидел Олесю.

Олесю — не ту, которую я бросил на съёмной кухне, в растянутом халате, с глазами, полными боли. А Олесю — уверенную, сдержанную, с прямой спиной. Женщину, за плечами которой — что-то гораздо большее, чем просто успех. Своя компания. Своё имя. Своя чёртова сила.

И сын.

Он уткнулся в неё тогда, у детского сада, как в крепость. Как в единственный безопасный остров. И я понял — я там лишний. Я чужой в том мире, который должен был быть моим.

— Ян, — Марина отложила меню. — Что происходит? Ты стал… другим. Молчаливый. Раздражённый. Тебе вообще интересно?

Я взглянул на неё. Хотел соврать. Сказать, что да. Что всё под контролем. Что это просто нервы. Но не смог.

— Я не знаю, — честно сказал я.

Марина кивнула. Без обиды. Как будто всё и так знала. Ей не нужно объяснять. Она видит. Чувствует. Не вмешивается. Просто делает свою часть. Я уважаю её за это. И в то же время — ненавижу себя за то, что думаю не о ней.

Мы заказали ужин. Я ел машинально. Каждый кусок — безвкусный. Каждый глоток вина — как вода. А в голове снова звучал голос Олеси. Её дрожащий голос, когда она сказала: «Ты украл у меня всё». И взгляд. Как у женщины, которую предали. Как у матери, которой пришлось всё тянуть одной.

А я и правда украл. Своим уходом. Своим молчанием. Своим равнодушием. Тогда я просто встал и ушёл. Потому что мне стало тесно. Потому что я испугался.

Теперь — я тот, кто хочет обратно. Кто сидит напротив женщины, с которой женится через пару недель, и думает не о свадебном меню, а о том, как впервые взять за руку своего трёхлетнего сына. Как заглянуть ему в глаза и сказать: “Привет. Я твой папа.”