Книга Никогда не влюбляйся в дракона, страница 46 – Лола Гласс

Я удивленно моргнула, увидев на крыльце Бринн.

Ее аромат ударил мне в нос, и я не смогла сдержать гримасу отвращения. Она пахла неправильно.

Бринн улыбнулась, переводя взгляд с меня на Августа.

— Как у вас дела, ребята?

Мы оба не сразу ответили.

Я пыталась дышать ртом, чтобы ее запах не смешивался с запахом Августа, но это не помогало.

В глазах сестры дракона светилось любопытство.

Я сжала зубы.

— У нас все в порядке, – наконец ответил Август. – Ты принесла печенье.

Это был не вопрос, учитывая огромную тарелку с печеньем в ее руках.

— Ага!

Бринн протянула нам угощение, которое Август принял.

— Кажется, я чему-то помешала. – Она переводила взгляд между нами.

Она видела вожделение, так что, наверное, догадывалась, чем мы занимались.

— Да. И твой запах перебивает запах моей пары, – заявил Август. – Можешь отойти на несколько шагов?

— Конечно.

Девушка отступила.

— Он все еще в своем уме? – крикнул Илай с лужайки, где стояло его кресло.

— Да, – отозвалась Бринн. – Правда, он жуткий собственник.

— Так и должно быть.

Август что-то пробурчал, и его сестра улыбнулась.

— Не буду больше мешать. Рада, что вам хорошо вместе. Надеюсь, печенье понравится!

Она подмигнула нам и ушла.

Август отвел меня на несколько шагов назад и сразу же закрыл входную дверь.

Поставив тарелку с печеньем на пол, он снова припал к моей шее губами.

Я вздрогнула от интимного ощущения поцелуя. И боли по-прежнему не было.

— Укус уже зажил?

— Да. Укусы, порожденные зноем, всегда заживают мгновенно.

Его руки медленно скользнули вниз по моей талии.

— Ты ревновала, Искорка.

Я оперлась ладонями на дверь, потому что он снова поцеловал мою шею сзади, а затем медленно провел языком по чувствительной коже.

— Не ревновала, – сказала я.

— Неужели? – В его голосе слышалась усмешка.

Очевидно, он мне ни капельки не поверил.

Я и сама себе не особенно верила, так что мы были в одной лодке.

— Ммм. Я просто… удивилась.

— Удивилась, да?

— Ага. Удивилась тому, как она пахнет.

— И как же она пахла?

— Нехорошо.

— Почему она пахла нехорошо?

Вот здесь он меня подловил и сам это знал.

— Я не знаю, Ав.

Я надеялась, что прозвище отвлечет его от вопроса.

Не отвлекло.

Он придвигался ко мне все ближе, пока его возбужденный член не уперся мне в поясницу.

Моя щека прижалась к двери.

Его руки скользнули под мою футболку и поползли вверх по животу.

— Хочешь, я скажу тебе, почему от нее пахло так плохо, Искорка?

Он держал мои груди в руках, и аромат моего возбуждения окутывал нас.

Запах был сильным – под стать желанию.

— Говори.

Его губы коснулись моего уха.

Его большие пальцы дразнили мои соски.

Все мое тело напряглось.

— Потому что я принадлежу тебе.

Он сжал мои соски сильнее.

Грубее.

Все сильнее прижимая меня к двери.

— Правда? – прошептала я.

— Целиком.

Всего на несколько недель. Но он этого не сказал, и я тоже не стала.

Можно хотя бы насладиться тем временем, что у нас было.

— Скажи, что ты ревновала, Искорка.

Его приказ был тихим.

Горячим.

— Я ревновала. – Признание вырвалось прежде, чем я успела его остановить. – Теперь, когда я ощущаю твой запах, ее запах кажется мне неправильным.

— Хорошо. – Он отпустил мою грудь, направившись руками вниз по животу. Одна задержалась на бедре, а другая скользнула между моих ног. – Чем я пахну?