Книга Генеральша капустных полей, страница 64 – Дия Семина

— Это кто ещё тут, нашёлся, умник! — она завопила, но её чуть не силой утянули и уторкали в кресло плюгавый адвокат и пухленький муж, чтобы села и не гневила Фемиду.

А до нас вдруг долетело её алкогольное амбре, вот так новость, попивает, дамочка. Ещё и на заседание пришла в непотребном виде.

Мне стало совершенно не по себе. В воспоминаниях настоящей Веры этих деталей не было. Но теперь многое встаёт на свои места.

Двери снова открылись, и в зал вошёл Боря, вот уж не ожидали его увидеть, отпустили голубчика. Злой, слегка потрёпанный, в нашу сторону даже не взглянул, прошёл на сторону сестры, но сел от неё через три кресла. И даже не поздоровался. Между ними тоже лютая вражда, теперь уже за дом.

Сидим молча, у меня мысли витают где угодно, только не здесь, единственное, подумалось, что зря нарядилась перед такими людьми, хотя да, судья же должен прийти, так и сижу, размышляю о нарядах, о том, что ещё нужно купить в село. И потом бы съездить на местный рынок, посмотреть, что и как здесь устроено.

— Господа! Судья Антипов Всеволод Романович, всем встать! — довольно мягким голосом оповестил секретарь, и мы встали. В зал вошёл массивный господин в мантии, и дорогом парике с идеальными буклями. На его округлом животе внушительная медаль или судейский знак из натурального золота и драгоценными каменьями.

Сразу вспомнился фильм «Иван Васильевич меняет профессию», такая вещица — бесценная.

Разбирательство началось.

Судья оповестил нас, что несколько раз проверил все бумаги и отчёты адвокатов по делу, посоветовался с прокурором. Перевернул какой-то лист в большой папке и сказал, что в деле противоречий нет, и его личного решения даже не требуется, следует просто поступить по букве закона, а она гласит, что раз в завещании фактически брак аннулирован, то все средства, полученные от продажи имения Госпожи Нестеровой, в первом замужестве Меркуловой, а во втором замужестве баронессе Керн — вернуть. С этого момента по предоставлению судебного исполнительного листа надлежит перевести со счетов все денежные средства на счёт госпожи баронессы, а недостающие деньги возместить после продажи дома Меркуловых.

Агафья не сдержалась:

— Дура проклятая, по миру нас? Да мы тебя кормили, поили, мы тебя приютили, а ты… Тварь…

— И наложить лично на госпожу Тропинину штраф в размере тысячи рублей за неуважение суду! — таким же монотонным голосом произнёс судья, а Авдотья только хотела что-то вякнуть, как сразу же и получила с двух сторон тычки и от мужа, и от своего покрасневшего адвоката.

Судья обвёл всех собравшихся уставшим взглядом, вздохнул и решил, что на этом его долг перед законом исполнен:

— Если у вас имеются протесты, вы можете подать их в письменной форме в течение десяти суток после заседания! А сейчас объявляю заседание закрытым. Дело решённое, за исполнительными листами, прошу приехать завтра и получить у секретаря.

— Господа, прошу встать, суд удаляется! — теперь уже громко крикнул секретарь, мы встали, и Всеволод Романович скрылся за своей тёмной дверью.

Всё закончилось так быстро, что никто не успел опомниться…

С этого момента Меркуловы банкроты, Бориса выгнали с приличного места службы, и обязали выплачивать не только долги мне, но и штраф за похищение, а если нечем будет платить, то его ждёт долговая тюрьма, собственно, к этому всё и идёт. Последний раз взглянула на своих мучителей, мысленно пожелала им на своей шкуре испытать, что испытывала Верочка, живя с ними. И пока они устроили склоку между собой, мы первыми вышли из зала, а потом и из здания суда.