Книга Тронутая Человеком-тенью, страница 19 – Винтер Рэндалл

Комната черная. Тени Габриэля полностью окутали нас, заслонив все, кроме нас. Они движутся над нами, как туман, и я чувствую каждую отдельную частицу на своей чувствительной коже.

И здесь, в защитном пузыре его тени, я чувствую себя в безопасности. Когда смотрю на Габриэля, наши глаза встречаются, я падаю через край, выкрикивая свое освобождение, пока он неустанно лижет, сосет и боготворит мою киску.

Когда мой оргазм спадает, и прикосновения становятся слишком сильными, я толкаю его рог, пока он не отпускает. Мы оба тяжело дышим, и даже когда он отстраняется, чтобы сесть на корточки, Габриэль гладит себя. Я хочу, чтобы он был внутри меня. Сейчас.

Словно прочитав мои мысли, он наклоняется вперед, его руки тянутся к моим бедрам, чтобы снова раздвинуть их.

Мир вращается, и он внезапно оказывается сидящим подо мной на диване, а я оседлала его, и мы оба все еще защищены его темным покровом. Я никогда не была полностью с ним, когда он абсолютно возбужден. Его член толкается в мою задницу, и я закусываю губу.

— Пожалуйста, используй меня, —шепчет он мне.— Используй меня для своего удовольствия.

Я беру его лицо в руки, наслаждаясь мерцанием, которое движется по нему, освещая мое зрение на секунду. Его руки находят мои бедра, крепко сжимая, как будто он не может сдержаться.

— Это то, чего ты хочешь? — спрашиваю я его. — Хочешь быть моей маленькой игрушкой?

Он дрожит против меня.

— Да. Да, пожалуйста. Я умоляю тебя.

О, он умоляет, и я в шоке от того, насколько мокрой я от этого становлюсь.

Я провожу пальцем по краю его нижней губы, а затем погружаю в его рот. Он тут же смыкается вокруг меня, его влажный язык обводит мой палец.

— Хорошие маленькие игрушки не двигаются, пока не позволят их хозяева.

Он стонет вокруг моего пальца, и я пользуюсь возможностью поднять бедра, а затем опуститься на его член. Его рот открывается, и моя рука падает на бок. О, боже, так хорошо ощущать его внутри себя. Я не могу поверить, что он даже на секунду подумал, что ему нужно быть больше, чем он уже есть. Его член такой большой, что почти больно, проталкивать все глубже и глубже.

Но потом что-то внутри меня меняется. Он не становится длиннее, но он становится толще, и мне кажется, что его форма... меняется. Я задыхаюсь, когда на его члене образуется шишка, которая сильно надавливает и трётся о мою точку G.

Из меня вырывается грубый, отчаянный звук, и я впиваюсь ногтями в его плечи. Это так приятно, что мои ноги дрожат.

— О, черт, да, — моя голова откидывается назад, тело полностью сосредоточено на том месте, где он трется об меня каждым движением наших бедер.

Когда он громко стонет, я открываю глаза, чтобы сосредоточиться. Он откинул голову назад, и я улыбаюсь, наблюдая за ним. Я едва могу разглядеть его в темноте, что окружает нас, его тело и лицо сливаются с тенями, но мерцание, пронизывающее его, и хаотичный водоворот черного дыма говорят мне, что он наслаждается этим.

Я нахожу его руку и прижимаю ее к своей груди, удовлетворенная, когда он инстинктивно обвивается вокруг меня.

— Пожалуйста, обхвати меня, — говорю я ему. Его глаза распахиваются, словно он вообще забыл, что я здесь. Он был настолько потерян в своих ощущениях.

— Да, — говорит он, надавливая большим пальцем на сосок, а другой рукой нащупывая клитор.