Книга Целительница для дракона. Доказать невиновность, страница 22 – Мария Минц, Злата Уютная

Чудо, помноженное на профессионализм и слаженность.

Морган уже взялся за дверную ручку, когда, кипя возмущением, я наконец вернула себе дар речи:

— Одну минуту, господин Морган! У меня вопрос!

Архлекарь замер в дверях, медленно обернулся и, скользнув безразличным взглядом по моей фигуре, замершей перед ним со скрещенными руками, вскинул бровь.

— Только если это что-то важное, — роняет он, — У меня не так много времени.

Хотела я сказать, что по нему не заметно. Если бы у него действительно было мало времени, он бы не гонялся по всему городу за одной-единственной аптекаршей.

Но вслух я решаю это не говорить, иначе с него станется развернуться и уйти. Тогда как вопрос, который я хотела задать, не просто важный… можно сказать, ответ на него может определить мою дальнейшую судьбу.

А потому, взяв себя в руки, я выдохнула и спросила:

— Если я докажу, что владельца фарфорового завода — господина Арнольфа — можно вылечить и разберусь, почему ему стало плохо… вы снимете свой запрет? Вернете мне лицензию?

На мгновение в зале повисла тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием пациента на лавке. Морган посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом, будто пытался прочитать мои мысли. Холод в его глазах сменился чем-то, похожим на удивление, а затем — на едва скрываемое презрение.

— Даже не думай приближаться к Арнольфу, девчонка! — отчеканил он, и сталь в его голосе заставила меня невольно сжаться. — Расследование все еще идет. Впрочем… — он сделал паузу, криво усмехнувшись, — хотя я и не представляю, как такое возможно, учитывая имеющиеся против тебя улики… но если оно вдруг покажет, что твоей вины в случившемся нет, тогда, и только тогда, я подумаю о возвращении лицензии.

Он оглядел меня с головы до ног, и его взгляд был полон снисходительной жалости. — Но я бы на твоем месте готовился к худшему. И чтобы не так болезненно было разочаровываться, советую уже сейчас найти себе другое дело по душе, не связанное с медициной. Можешь, например… — он задумывается на секунду, явно подбирая слова пообиднее, — …можешь заняться штопкой носков или вышиванием котят. Говорят, многие дамы находят в этом отдых и умиротворение.

Что?!

У меня аж скулы сводит от возмущения. Штопать носки?! Вышивать котят?!

Да он издевается!

Внутри меня все заклокотало от ярости. Этот напыщенный индюк только что видел, как мы спасли человека, а теперь издевается!

Хочется запустить в него чем-нибудь тяжелым, например, той ступкой, что стоит на соседней полке… как раз напротив его головы.

Я вскинула подбородок, встретив его насмешливый взгляд своим, полным гордости и вызова.

— Благодарю за ценный совет, господин Архилекарь, — произнесла я ледяным тоном, стараясь, чтобы голос не дрожал от гнева. — Но боюсь, штопать носки — это не занятие для тех, чьи руки способны спасать жизни. А мои руки, как вы могли заметить, пока еще помнят свое прямое назначение! И я докажу свою невиновность, хотите вы этого или нет.

Морган лишь фыркнул, но в его глазах на миг мелькнуло что-то похожее на интерес… или просто удивление от такой наглости. Он больше ничего не сказал, резко развернулся и громко приказал, непонятно к кому обращаясь:

— Помогите больному подняться в карету. Только осторожно.

Двое лакеев моментально ворвались в лавку с улицы и подхватили ослабевшего мужчину, аккуратно выведя его наружу. Я услышала, как заскрипели колеса кареты и хлопнула дверца.